Мор. Утопия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мор. Утопия » Южный район » "Замок" двоедушников


"Замок" двоедушников

Сообщений 51 страница 100 из 113

1

В одном из Складов проживают двудушники (двоедушники), сиротки, связавшие свою судьбу с каким-либо животным. Они организовали свою банду и заметно портят жизнь разбойникам Грифа. Заправляет здесь всем "атаман" Ноткин.
http://s4.uploads.ru/Dmd3F.jpg

Имущество

Опись имущества на Складе:
- Ножи, 2 шт.
Общак Двудушников:
- А-таблетки, 6 шт.; Б-таблетки, 4 шт.
- Хлеб, 3 шт.; консервы, 4 шт.; вяленое мясо, 4 шт.; копчёное мясо, 2 шт.
- Драпировки, 6 шт.

0

51

Самое большое, что мог себе позволить Михаил, - повернуть голову в сторону шума, но увидеть его источник так и не удалось. Ноткин мигом направился к двери, после чего послышались перекрываемые гулом в ушах обрывки разговора. Попытавшись прислушаться к доносящимся репликам и не уловив ничего осмысленного, Шкиль решил не вмешиваться в дела дела атамана и сконцентрироваться на своих ранениях. Зря, теперь он ощутил всю «прелесть» своего незавидного положения: скоро оправиться не выйдет - хоть обколись морфием, а рана все равно быстро не затянется, это раз. В условиях эпидемии иметь открытые кровотечения опасно, особенно когда метод передачи заразы не выявлен, это два. Ну и три: отсутствие возможности пользоваться некоторое время рукой сильно расстраивало и без того опечаленного молодого человека.
Шкиль перевел взгляд на сосредоточенное лицо Артемия. Во глазах «столичного студента» отчетливо читалось  волнение, и, хотя вслух он свои мысли не высказал, Михаил прекрасно понял, в каком направлении думал Бурах: уж слишком быстро он сообразил, что пациент ведет речь о возможности заражения.
- О ней, родимой, - протяжно, почти ласково прошептал мужчина, вперившись взглядом в потолок. - Лучше бы грязи напихал. А дети что? Я не могу здесь находиться. Что если заражу этих оболтусов? Что если меня действительно коснулась Песчанка? - тревога, нарастающая с каждым мгновением, явно сквозила в словах Михаила. Он чувствовал на себе ответственность за жизни этих мальчиков и девочек, за счет стараний которых он был все еще жив. Юноша не мог позволить ощущать себя виноватым, если кто-нибудь из них погибнет... и так слишком долго Шкиль давил в себе это чувство. В прошлый раз он не успел помочь самому близкому человеку в его жизни и все пять лет неустанно корил себя за ошибку.
Удивительно, как точно сознание воспроизводит образы давно минувших дней, когда человек находится на грани бреда. Как ярко в голове вспыхивают воспоминания о пульсирующих кровяных сгустках, которыми пять лет назад был поглощен второй дом в Кожевенном квартале. И десяток мертвых тел, выволоченных после...
- Я чувствую, у меня поднимается температура, - уверенно сообщил Михаил, отогнав навязчивые галлюцинации. По лбу стекли две капли пота. - Запиши симптомы. Где угодно. Перед глазами плывет, - прерывистая речь Шкиля вскоре оборвалась: знахарь потерял сознание. Может, оно и к лучшему.

Отредактировано Михаил Шкиль (2012-11-02 12:38:14)

+1

52

Заинтересовала новость, похоже, одного Атамана. Зато по полной. С чего бы он? Так позлорадствовать – или, может, из своих кого подозревает? Скорее второе: радости особенной по нему видно не было. Мишка как-то раньше не задумывалась, почему горит… А раз за ящики позвал – значит, дело серьезное.
- Да как узнала – сам за дверь выгляни. Там дыму до неба. Ну и Гриф с ведрами бегает… - про эпизод с кастрюлей Мишка решила пока не упоминать. – А теперь еще кладовщики пришли, тушат навроде.
В дальнем углу склада слышались голоса – Шкиля и Артемия.
- А этот чего тут? – Мишка выразительно кивнула в сторону медицинских процедур. – Что ли раненый? Кто его так?
Вдруг Шкиль громко и четко сообщил, что, дескать, «перед глазами у него плывет», и настала тишина. Мишка несколько секунд смотрела на Атамана, потом не выдержала и выглянула из-за ящиков. Шкиля было совсем не видно за широкой спиной Бураха, и Мишка осторожно спросила:
- Ой… Он живой там?..

+2

53

- Ясно, спасибо... - проговорил атаман. Так, по сути, ничего нового и не узнал, а вот только завелись в банде остолопы, которые хотят сдохнуть, но не от Песчанки, а от бандитского ножа. Да, именно ножа - наблюдал как-то Ноткин за тем, как несколько молодчиков со своеобразными "когтями" на пальцах и добротными ножами за поясом переносили контрабандные товары. Были и зазубренные, чтобы больней было, даже кинжалы где-то атаман увидел. Как вживую, представилось Ноткину, что будет, если такой цацкой элементарно порезать.
Но не суть важно, пора присмотреться к банде. В одиночку поджечь не могли, а следовательно - найдётся работёнка для Фугаса и Гусара, двоих вышибал, за которыми стоял многомесячный опыт ведения боя. Фугас, если не считать той сегодняшней свары с шавками, в случае стычки с бандитами всегда был впереди чуть ли не со знаменем. Гусар же не был столь ярым любителем баталий, как Фугас, чаще всего казался даже добрым, но в мастерстве не уступал Фугасу.
- Да ничего, тут Шкиль в передрягу попал. Его на Складах порезали, нам пришлось его сюда оттащить. Ученик дедовский, сама понимаешь... Они с Бурахом уж точно эту болячку прогонят поганой метло... эмм... - Ноткин замолк на полуслове, когда услышал про "перед глазами всё плывёт".
- БЛИН!!! - со злобой и вкусом Ноткин саданул кулаком по железной стенке. Эта дрянь уже здесь! Какого?
Уже невольно думалось, что эта эпидемия истребит весь Город.
- Артемий Исидорыч, что с ним за хрень?! - Атаман выскочил из-за ящиков, ловко обогнув Михайлу.

+1

54

Михаил Шкиль совершенно, чудовищно и феерично предсказуем: как только решаешь, что ему надо что-то сделать, как он делает обратное. Стоило Бураху начать обдумывать перемещение его в более подходящее место - на другой склад или в ночлежку - как он тут же стал нетранспортабелен. И хотя логика подсказывала Артемию, что дело тут вовсе не в зловредном характере Шкиля, а в порции эторфина на ослабленный организм, досада все равно прорывалась.
- Тут одно из двух, - повернулся Бурах к младшим. - Или это болезнь, или реакция на лекарство. Подлатал я его нормально, если не болен, через пару недель поправится. Делаем так... - плеснул на относительно чистый бинт остатки воды из чайника, стал вытирать руки. - Переносить его сейчас нельзя, убьем же к чертям. Оставляем. Вы его не трогаете, никто и ни при каких обстоятельствах. Проспит это тело не меньше трех часов. Утром я вернусь и заберу его отсюда. Оставьте хотя бы одного дежурного, чтобы постоянно за ним следил, повторяю, не приближаясь. Я к себе, дорогу Мишка знает, тебе тоже вроде говорил... Если со Шкилем хоть что-то ненормальное, шли кого-нибудь за мной, приду сразу.
Посмотрев в кислое лицо мальчики, отягощенного совсем не детскими проблемами, Артемий почувствовал острую потребность в том, чтобы его поддержать. Забавно - ни один взрослый в пока еще сопереживания или понимания у него толком не вызывал.
- У меня там твирь, перегонные аппараты и записки отца. Буду искать.
Собрав свои вещи и прочее намусоренное (бутылка новокаина осталась в кармане Шкиля до лучших времен), Бурах кивнул Ноткину, попытался ободряюще улыбнуться Мишке - и вышел в пропахшую дымом ночь.

>>>Убежище Бураха.

+2

55

«Это – болезнь?!.»
Хорошо, что Мишка за ящики держалась. Вот утром только этот Шкиль Сквер бороздил, под ноги не глядя. Неужто нашел-таки приключений себе на голову? Но все-таки Артемий не был уверен…
Мишка оторвалась от ширмы и осторожно, по широкой дуге, подобралась поближе.
Выглядел Шкиль, честно говоря, неважно. Зато хоть видно было, что дышит. «Интересно, а как понять, что заболел? Как это выглядеть должно?»
Хотя нет. «Вот совершенно не интересно» - поняла Мишка. Совершенно не хотелось ей увидеть то «ненормальное», из-за которого придется за Артемием бежать… Но не оставлять же Ноткина с этим, с позволения сказать, «телом»? Он тут не один, конечно, но за орлами его тоже глаз да глаз, да и если бежать все-таки придется – лучше ей, она хотя бы знает, куда.
- Я у вас тут посижу, - сообщила Мишка, не спрашивая разрешения. И хотелось бы ей, чтобы Атаман домой отправил, но если вдруг что – как потом Капелле в глаза смотреть?
Мишка забилась в дальний угол, забралась на один ящик с ногами, к другому привалилась и, отщипывая по маленькому кусочку от завалявшейся в кармане с утра буханки, потихоньку жевала, пока уютный бубнеж с антресолей ее не убаюкал. Шкиль на тот момент лежал тихо и как будто спал.

+1

56

Ноткин внимательно выслушал указания. Сказано - сделано. Дежурных хоть пруд пруди.
- Тюлень! Присматривай за этим хмырём, и никого не подпускай! На, маску надень, - Ноткин указал на ранее использованную Гордым тряпицу, - Если задрыхнет, пусть кто-нибудь его сменит. И осторожней будь, близко к нему не садись.
- Ага, - Хмурый амбал, утром притащивший на себе пятилитровую баклагу и двоих парней, отрядившихся ему помогать, намотал тряпку на лицо и сел в двух метрах от Шкиля. Подумав, бережно накрыл Михаила его же плащом - по ночам в Крепости становилось холодно.
А вот тёзка, похоже, не хотела уходить. Атаман на секунду-другую поставил себя на её место... да. Можно понять, когда бедная сиротка остаётся одна в холодном вагончике, наедине со своими тревожными мыслями.
- Наздоровье, - махнул рукой атаман, глядя на уже забравшуюся на один из ящиков девочку, - Фугас, Гусар, всех, кроме девчонок и мелкотни, ко мне.
Склад зашевелился, и два десятка лбов, взяв своих Душ на руки и плечи, а в некоторых случаях - держа на поводке в ногах, выстроились вокруг атамана.
- Пожар на Складах. Горит у Грифа, - Ноткин вмиг стал серьёзным, словно комендант осаждённой крепости, против которой выстроились армии всего мира, - Горит склад Грифа. Скорее всего, завтра это спихнут на нас, и если это действительно сделал кто-то из нас, я сделаю так, что больше ничего он сделать не сможет. Это понятно?
- Понятно, - волной прокатился по Складу угрюмый ответ.
- Хорош, занимайтесь своими делами. Мелкоту спать укладывайте, - Сдёрнув куртку, атаман укрыл ею Мишку, заснувшую окончательно.
Как будто и не было желания напиться. Доктор вроде остался жив. Всё хорошо. Всё обошлось.
Ноткин на четвереньках подполз к своему матрасу, лёг на спину. Чиркнула спичка, в воздухе поплыл табачный дым. Как было всегда, в ногах устроился Артист. Было хорошо. Хотя бы сейчас ещё жив. Но, судя по тому, что уже болячку подхватил Шкиль... эпидемия будет быстрой и страшной.
"Поживём - увидим" - думал Ноткин, докуривая махорку. Крепость постепенно засыпала. На антресолях втихую резались в карты Фугас с двумя парнями; все трое дружно молчали за жизнь. Лежавшие рядом с ними ребята вроде как и спали, но одним глазком наблюдали за игрой. Кто-то шепчется между собой. Кто-то мелкоту баюкает. В дальнем углу Шурка Кудрявый свои "шуры-муры" с одной девчонкой крутит. Хромой, весь день наслаждавшийся положением героя, дрых, будучи накачанным твирином - постарался спящий рядом Гордый, о чём свидетельствовала пустая бутылка твирина в его ослабшей руке, и периодический детский чмок. Двое валялись вповалку друг на друге.
Но меньше всего народу сидит там, где за раненым Шкилем присматривает Тюлень. Паренёк одиноко сидит, глядя на пламя свечи.
Весь Склад притих в ожидании завтрашнего дня. Что завтра будет? А пёс его знает.
Впав в нирвану, замурлыкал на ногах Ноткина Артист. Стоит ли говорить, что мягкая тишина, которую шёпот ребят, шелест карт, треск пламени в бочке у входа, не нарушал, а лишь подчёркивал, вкупе с обволакивающим кошачьим мурлыканьем, доконали атамана, и он свалился в мягкий, ватный сон.

Отредактировано Ноткин (2012-11-04 23:46:52)

+2

57

Ноткин проснулся от холода. Вольный ветер вовсю гулял под потолком Склада, окатывая спящих парней холодными порывами, словно призывая каждого: "Подъём!"
Хорошенько проморгав глаза, атаман увидел у своего стола Тюленя, отряженного сиделкой у Шкиля.
- Тюлень? Чего случилось? Шкиль в порядке? - Ноткин хорошенько потянулся. Рёбра и ключица хорошенько хрустнули, и после разминки атаман сел на пятую точку.
- Хмырь вроде в порядке, спит себе, - ответил Тюлень, - Во, держи, - он протянул Ноткину лист бумаги.
- Это ещё что?.. - Атаман, взяв письмо в руки, прошёл к своему столу, зажёг керосиновую лампу. Перед собой положил нож и заранее припасённую буханку хлеба - как раз, чтобы подкрепиться: симфонии, наигрываемые в животе, давали о себе знать.
- Клювоголовый под дверь подсунул, - пояснил Тюлень, - Я его видел, он уходил уже.
Молчание. Несколько секунд тишины, подчёркиваемой гулом ветра и детским храпом, доносящимся из всех углов.
- Нихера не понимаю, - пробормотал Ноткин, не решаясь прочитать послание, - Нафиг я ему сплющился?
Тюлень лишь пожал плечами и исчез в складском полумраке, вернувшись на свой пост.
- Он такой милый, когда спит, - гыкнул Двудушник, обернувшись к Ноткину.
- Дай-кось, - Атаман прокрался к Шкилю. И нифига не милый! Харя даже сейчас, в безмятежные минуты сна кислая, словно каждый день одни лимоны жрёт.
- Не говори, Тюлень. Так и тянет за щёчки потрепать. Ладно, я пойду хоть почитаю, что там.
Ноткин сел обратно. Ножом отрезал хлеба. Вгрызся в него, выдрал от горбухи хороший кусок, и бросил взгляд на строки.
"Вроде бы всё понятно... воздушно-капельным, это как? Типа чихнуть, наверно... а что такое сыворотка? В общем, ясно. Понеслась моча по трубам. Вот только нас об этом информировать - нах..я, спрашивается?.. Такова забота власти о горожанах? Странно, что они до сих пор бандитов в Городе не истребили, вот тогда я бы поверил."
Отложив записку в сторону, Ноткин продолжил полуночную трапезу. Хлеб уже успел подчерстветь и потерять свой свежий запах, но этого казалось достаточно неприхотливому пацану. Главное, что сыт. Остальное - неважно.
Интересно, чем это пацаны, сироты, гнездящиеся на каком-то заброшенном складе, привлекли внимание коменданта и бакалавра. Или это так столичный хлыщ банду отблагодарил, за то, что его чуть было не траванули насмерть?
Отринулся Ноткин от этой мысли. Продолжал он только поедать свою чёрную буханку.

+1

58

Невнятное бухтение двух или трех человек привело Михаила в сознание. Разлепить глаза еще предстояло, но в целом разговор он слышал достаточно четко. "Сами вы хмыри", - хотел пробормотать мужчина, но легкая сонливость не позволяла ему даже пошевелить языком.
Клювоголовый – Шкилю почему-то сразу представились средневековые врачи в птичьих масках – что-то мальчишкам принес, это было также ясно из беседы, и это "что-то" очень напрягло Ноткина, если конечно спросонья знахарь не перепутал голоса. Голос атамана звучал очень близко, почти над телом уже практически проснувшегося Михаила. Тот распахнул глаза.
- Ты чего ко мне подошел, дурья башка? – промямлил устало Шкиль, приподнимаясь на локтях. Адская боль в боку облагоразумила его – мужчина медленно опустился головой на свое же бережно свернутое пальто. – Тебе Бурах сказал не приближаться. Я могу быть заразным.
Каждое сказанное слово отдавалось нытьем в области ранения. Обезболивающее явно уже перестало действовать, поэтому терпеть боль становилось с каждой минутой все тяжелее, но, во всяком случае, желания сдохнуть, как вчера, не возникало.
- Где, кстати, он? Бурах ушел?
Кажется, давление после "удачно" словленного ножа бритвенника все же возросло, потому что перед глазами все плыло, сфокусировать взгляд становилось очень трудно. Шкиль не подавал вида, что ему чертовски нехорошо, чтобы эти умельцы снова не начали свое "лечение" – иначе станет совсем плохо.
- Мне надо возвращаться домой.
Глядя на жующего Ноткина, Михаил почувствовал, что его желудок также требует хоть какой-то пищи. Не евший еще с позапрошлого вечера Шкиль ощутил чувство голода слишком резко, чтобы не осознать всю трагедию его положения.
Сухари находились в правом кармане пальто, и чтобы достать их нужно было мало того что приподняться, но и отнять руку от перевязки – а это грозило очередным приступом болезненного укола в районе бока.
А еще ученику Исидора казалось, что внутри него бурлит какая-то странная жгучая субстанция, она размножалась в организме так быстро, что у мужчины в любой момент могли начать кровоточить глаза, сосуды которых разрывались от высокого давления.

Отредактировано Михаил Шкиль (2013-02-02 16:08:55)

+1

59

Однако, не думал Ноткин, что нечто, пробормотанное Михаилом ранее, является признаком того, что он достаточно проспал.
- Бурах ушёл, - ответил Тюлень, недоверчиво глядя на Михаила.
Атаман обратил взгляд на Шкиля, чья кислая харя стала и вовсе такой, будто сегодня вдобавок к лимонам, Шкиль схрупал пару свежих луковиц.
- А.. это... уф... ты... лежи и не рыпайся, - ответил Ноткин, пережёвывая хлеб, - Тебя же ветром шатает! Ещё идти куда-то вздумал... Пока Бурах не придёт, не пущу никуда. Как чувствуешь себя? Если какая хрень происходит, говори сразу. Бурах придёт, надеюсь, если письмецо ему подкинуть...
Удивительный человек. Удивительно, как ещё не скопытился. С ним глаз да глаз. Создавалось впечатление, что самый младший Двудушник был сообразительней и самостоятельней, нежели Шкиль.

Отредактировано Ноткин (2013-02-02 20:21:03)

+1

60

- Шкиль, в театр пойдё... Эмм... да... понял.
Интересно всё-таки было, что скажет ночная мистерия по поводу нынешних событий. Любопытство вперемешку с недоверием и желанием узнать что-нибудь страшно таинственное внезапно засвербили в атамане, словно тот стоял перед Матерью Червей и намеревался приподнять ей саван, чтобы узнать, в самом ли деле у неё вместо ног торчат кости. Преодолевало оно всё: и то, что придётся красться по ночным кварталам, ежесекундно рискуя напороться на нож бритвенника или кого-нибудь из грифовской братвы, и вероятность подхватить песчанку. Внезапно желание возникло, как будто гадалка заговорила, и теперь, не встретив сопротивления, водит пальцем по поданной ладони, готовясь таинственным голосом изречь, что тебя ждёт.
Атаман старался удержать себя: мол, себе дороже, на бритвенника напорешься, песчанку подхватишь, поскользнёшься-упадёшь-башкой-треснешься... и с другой стороны, на фоне растущего любопытства всё это казалось ему отговоркой, коих сотни напридумывает лентяй, лишь бы не делать порученную ему работу.
"А заодно и письмецо Артемию начиркаю" - Ноткин уселся за стол, начал писать. Пока что только одно: "Шкиль проснулся." Ещё одно: "Хочет домой".
- Миха! Не в службу, а в дружбу, скажи, как самочувствие. Мне отчитаться перед Бурахом надо.

+2

61

- Нормально я себя чувствую, - виртуозно соврал Михаил, прижимая перевязку к боку. – Для жертвы бритвенника – более чем.
Шкиль не стал посвящать ребенка в то, что у него резко повысилась температура, что кровь внутри будто бы вскипала и просилась наружу, а перед глазами было настолько мутно, что даже если бы он встал на ноги, то вряд ли бы вписался в ближайший поворот. Однако лекарь все эти симптомы списывал только на болевой шок – он даже думать не хотел, что тоже оказался заражен.
"Порошочков"  в Городе было раз, два и обчелся. Тратить их на сохранение собственной жизни слишком эгоистично для человека, который пять лет назад бок о бок с Исидором боролся против заразы. Шкиль никогда в жизни не простит себе того, что не успел спасти мать и толпу соседских ребятишек, что жили с ним в одном доме. Лекарство было уже на подходе, не хватило только часа.
- Я не Миха, слышишь? Михаил. Пиши, что жив, здоров и весел. Единственное, чего надо бояться, - открытия раны да занесения всякой дряни, но об этом я могу позаботиться сам.
Собрав все остатки сил, мужчина поднялся на ноги. Его слегка покачивало, но, в целом, он стоял твердо и падать не грозился. С огромным трудом наклонившись за пальто, Шкиль сжал зубы, чтобы не заорать от дичайшей боли, которую когда-либо испытывал.
- Я не думаю, что сейчас вообще кому-либо следует выходить, тем более – в Театр, - совершенно серьезно пробормотал Шкиль, отряхивая свою верхнюю одежду. – Хотя я вам не мамка, чтобы запрещать, но не советую. В прошлый раз при угрозе Эпидемии власти ясно говорили, что лучше сидеть дома и не открывать окна. Что вам Клювоголовый принес?

Отредактировано Михаил Шкиль (2013-02-03 15:33:49)

+1

62

- Ага, значит, так и запишем. Жив... здо-ров... и ве-сел, - продиктовал Ноткин сам себе, записывая слова Михаила, - Не, "весел", пожалуй, надо убрать, нифига ты не весел. Чувствует себя нормально, значит... Интересно, как это тебе так подфортило, что ты заражённого доктора к себе домой притащил, и при этом здоров остался? В рубашке родился, реально.
Однако, шатало его изрядно. Не похоже было на то, что лекарство так действует.
Тюлень, вроде, никаких признаков заражения не подавал - только устало потирал лоб да пасть широко распахнул, зевая. Ещё один счастливчик. Не зря подкову с собой носит. Вполне обычная подкова, ничем не приметная, а действует.
- Это я щас... - Ноткин, свернув послание Клювоголового в самолётик, запустил его Шкилю; устройство вполне удачно приземлилось Михаилу в руки, - Вот тебе лучше бы лечь, а то рана в самом деле откроется... Ну, и куда ты собрался?
Удивительный человек. Говорить об этом можно сто раз, и Ноткин все сто раз об этом знает. Но чем дольше они знакомы - тем удивительней этот человек становился.
Предупреждение Шкиля не остановило атамана. Наоборот, в крови уже начинал закипать азарт, и только последние остатки разума говорили: "Эх, Ноткин... Дураком родился, дураком и помрёшь". Это - вызов. Это - новое противостояние, которое Ноткин уже прошёл в промежуток жизни между Первой Вспышкой и жизнью в Многограннике, и как атаман теперь понимал покорителей горных вершин, коих десятки не вернулись из своих опасных путешествий! Добавляло храбрости и то, что Ноткин знал каждый переулочек в Узлах... впрочем, до знаний Спички ему как до Луны пешком.
- Не, я всё-таки пойду. Свежим воздухом подышу. Письмецо Артемию подкину. Не уходи никуда, - держа паузы, проговорил Ноткин, - Бывай здоров, Михаил.
Решив оставить куртку на Мишке, атаман свернул письмо, положил его в карман брюк, вышел. По заранее известному маршруту выхода со Складов перебрался через низкий деревянный забор и тихой сапой побежал в сторону Жерла.

>>>>Театр

Отредактировано Ноткин (2013-02-03 23:09:32)

+1

63

Ноткин отсутствовал уже долго, и кот Артист начал беспокоиться. Нет, к долгим отлучкам мальчишки он привык - да и сам ничуть ему в этом не уступал.
Но в этот раз что-то было не так. Кота настораживал человек, которого Ноткин оставил в доме - хотя злым этот человек не казался, но что-то было с ним не так, и инстинкты говорили коту: "Держись подальше!"
А потому кот запрыгнул на самый высокий шкаф и теперь сверху наблюдал за человеком, которого Ноткин называл Михаилом. Спускался только пару раз - чтобы хватануть еды.
Время шло, а Ноткин не возвращался. У кота начали слипаться глаза. Это было нехорошо, потому что кому присматривать за домом, как не коту. Но скоро бороться со сном стало невозможно, и Артист задремал, не слезая со шкафа.

+1

64

Дети. Если Ад не вымысел, а суровая реальность, то там вместо чертей варить грешников должны дети. Несносные создания, невыносимые недочеловеки. Эти коротышки чурались потенциально зараженного взрослого, хотя некоторые и пытались к нему приблизиться. Еще бы палочкой потыкали, нелюди.
Шкиль не собирался просиживать штаны, слушаясь запретов какого-то недомерка. Тем более, Михаил не собирался ждать у моря погоды после происшествия с Бакалавром. Во второй раз порошок неизбежно сгубит столичного щеголя – он ведь наверняка пропустил мимо ушей предостережения более опытных в этом деле мужчин и помчался по жителям, чтобы нести им «истину».
Истина. По сути, можно ли вообще сказать, что существует нечто настолько правдивое и незамутненное, чтобы являться настоящей истиной? Нет. Можно найти неоспоримую точку зрения, которая останется логичной даже после того, как изучишь ее под разными углами – тогда точка зрения превращается в факт. Однако на любое действие всегда есть противодействие – этот факт всегда можно оспорить.
Любой столичный доктор скажет, что происходящее в Городе невозможно. «Ведь с научной точки зрения...» и так далее. А вот тот, кто прожил здесь хотя бы год, во всеуслышание сможет заявить, что это – истина. Настоящая истина. Наука всегда выдает желаемое за действительное. Нет никаких степных демонов. Но кто как не Шабнак-адыр ныне хватается за жизни людей и пытается утащить их обратно в родную Землю?
Михаил выпрямился во весь свой не самый большой рост, с трудном нагнулся, чтобы поднять с пола запылившийся плащ и молча направился к двери. «К воротам», - мысленно поправил себя Шкиль, потому что убежище детей больше напоминало старый грязный гараж, чем склад.
И слушать никого не стал. Просто ушел. Завернул за один из складов – и на удивление точно проложил маршрут, который помог Шкилю скоро покинуть обиталище воров, убийц и прочих моральных уродов.
Он еще не знал, что дожидалось его в Кожевенном.

--> Дом Шкилей

0

65

>>>Убежище Бураха

Светлеть начинало еле-еле. До восхода оставалось ох как долго, невзирая на то, что небо уже сменило черный на тёмно-серый. Добрались атаман с Гаруспиком без проблем - в такую тишину на самой окраине Города, когда по одну сторону железячки светят далёкие фонари и раздаётся тяжёлый тихий гул с Заводов, а по другую - дышит терпким ароматом твири ночная Степь, не хотелось и думать о том, что кто-то смотрит на тебя из засады, намереваясь всадить нож под ребро или огреть по голове кистеньком или цепью.
Подходя к двери обители банды, Ноткин и не подозревал, насколько плохие новости ожидают его от парней, ставших свидетелями исчезновения Шкиля.
Открыв дверь, Ноткин увидел на месте, где должен был лежать Шкиль, лишь пустоту.
"Идиот!!!"
- Куда он удрал!?
- Я что, знаю что-ли? - ответил вопросом на вопрос Тюлень, - Просто встал и ушёл.
Несколько парней, которые в сей поздний час не спали, перекинулись несколькими фразами, которые довольно резво переросли в словесную перепалку:
- Теперь точно скопытится...
- Может, оно и к лучшему... Заразит ещё всех наших, потом сиди да жди, когда тебя вон понесут...
- Да он же сам говорил, что не болен!
- Дык конечно, не болен! Сказал бы, что заражён, ты б мигом в штаны нафигачил! - встрял Тюлень.
- Да пошёл ты нах.. Задолбал уже, орангутан хренов.
- Кого послал?! По морде давно не получал? Давно зубов не собирал? - сотрясая стены Склада неестественным для тринадцатилетнего пацана басом, Тюлень незамедлительно начал наступать на обидчика. На жаргоне это называлось "катить бочку"
Секунда - и между спорившими оказался Фугас. Ещё две - и Тюлень, скрючившись и потирая правую сторону живота и кряхтя от боли, полез к своей лежанке, а второй споривший, получив от Фугаса хорошего пендаля, мигом остудил свой пыл.
- Так, спасибо, Фугас, - сказал атаман, с лёгкой улыбкой глядя на прекращение разборки, - Артемий Исидорович, он же... ну, блин... - Всё было понятно и без этого. Напорется опять на бандита, схлопочет бритвой в какое-нибудь другое место - такие подранки, как он - лакомый кусочек для желающих нажиться, - Что делать будем?

0

66

Мишка плыла по Горхону в кастрюле. Гриф сидел напротив и греб почему-то бритвой. Кастрюля покачивалась на волнах, Гриф ухмылялся, а с берегов в воду стекала Болезнь, и очень важно было грести быстрее, но посудина практически не двигалась, а Мишка очень боялась, что если макнет в воду ладошки, то может заболеть…
В общем, тяжелый, муторный сон. Мишка обрадовалась, что больше не нужно его смотреть, когда Замок зазвенел голосами и, кажется, звуками мордобоя.
Подхватив куртку Ноткина у самого пола, девочка осторожно сложила ее на ящике, с которого только что сама сползла. Ящик был еще теплый и наводил на мысли о кастрюле… Мишка встряхнулась и вклинилась в круг мальчишек рядом с Артемием.
- Чего это они?.. – спросила она сонно и потерла кулаками глаза.
Она присмотрелась к обстановке и поняла, что чего-то не хватает. Но проснулась, видимо, недостаточно, потому что не меньше пары минут ей понадобилось, чтобы вспомнить вчерашний вечер и осознать, чего именно не хватает, вернее кого.
- Ой… А этот где? – испугалась она.
Спрашивать пришлось у Артемия: все остальные были так заняты, что ее появления, казалось, даже не заметили.

+1

67

Давешним пожаром уже и не пахло, а тишина над Складами стояла - хоть ножом режь. Как смело куда и братию складскую, и мальчишек, и случайных прохожих - только жирная крыса юркнула под забор, заслышав звуки шагов. Дети - как и полагается детям в такой ранний час - спали, за исключением нескольких особенно героических сторожей и... пустого места там, где полагалось бы лежать Михаилу.
И вот ни черта он не удивился. Ясно же было с самого начала, еще когда даже не придя в себя, Шкиль первым делом начал сдирать перевязку, очевидно было, что на складах он не задержится. Он же все тот же, совсем нравом не переменился за десять лет. Сам, все сам, даже если не может, даже если не знает, даже если подохнет.
Меж тем Атаман закончил опрос личного состава, восстановил дисциплину, разбудил Мишку и задался самым что ни на есть здравым вопросом. А потом им же задалась Мишка, а потом как-то так получилось, что и остальные парни на него смотрели и ждали ответа. Вот здесь и сейчас.
- Ничего, - сказал Артемий негромко. - Ушел так ушел.
Тяжело слова прозвучали.
- Даже если мы бросимся сейчас за ним в погоню, даже если мы его найдем, даже если он еще жив и хоть немного здоров, что потом? Связать его и держать под охраной? - Бурах выдохнул и попытался смягчить общую жестокость своих слов. - Мы сделали все, что могли. А сейчас надо заняться теми проблемами, которые не будут удирать от тебя при первой возможности.

+1

68

Только ещё сильнее убедился Ноткин: от глупости своей и погибнет. "Дурак... дебил... идиот... кретин..." - думал Ноткин, нервно теребя руки. Почему бы и нет? Связать, держать под охраной Двудушников, кормить с ложечки это дитё неразумное, лишь внешне третьего десятка возраста. Но вот, болезнь... если он и вправду болен - повезло ребятам. Ноткин в очередной раз оглядел братию, пристально задержав взгляд на Тюлене. Да. Пусть идёт, чай не маленький уже. Сам на волю рвался. Пусть идёт. Мысленно атаман уже обещал себе: припрётся за помощью - завернём куда подальше. Жалко будет, спору нет, но и проблем не оберёшься, если принять.
- Согласен, - проговорил Ноткин, тяжело вздохнув.
"И чего ты о нём волнуешься, атаман!? Плюнь и разотри, этот идиот сам виноват! Мало того, что спасибо не сказал, так ещё и грубить начал. Забей болт на него! А если он придёт, скажет, что вешаться захочет, ты ему верёвку и мыло будешь искать? Пусть валит... И не надо этого, сам рано или поздно за голову возмётся..."
Всё. Решено. Пусть валит...
- Парни! - Ноткин промолотил подвернувшейся под руку арматуриной по бочке. Грохот металла о металл перебудил банду. Двудушники, потирая глаза и заспанными голосами выражая недовольство, попозли к фонарю.
- В общем, такое тут дело... Есть возможность деньжат срубить. Нам Бурах будет готовить настои, а мы, в свою очередь, этих настоев хлебнуши... или натираться ими нужно, хрен знает, будем разведку проводить. Просто сходили, поглядели, в каких местах дома красной дрянью покрыты, где нет - и домой. Потом перерисуем карту и нанесём всё, что вы узнали, туда. Сделаем копии, потом будем продавать. Или выменивать. На жратву там, таблетки, и прочее. Чего скажете?
Лишь некоторая часть из ранее спавших крепким сном, одобрила. Ещё одна часть ребят, всё ещё не проснувшись, просто кивнула или вяло промолвила: да, идея хорошая. Остальные же особо не реагировали. Понятное дело, даже рядом с такими домами шастать - не хухры-мухры. Таких было порядочно, осиротевших после Первой Вспышки. Осознание того, что придётся второй раз взглянуть в глаза Смерти, и мысли о наживе - вот что соперничало...

Отредактировано Ноткин (2013-07-03 02:51:19)

+1

69

Если сон и не моментально покинул темные глазки маленькой сиротки, и пропажа героя вчерашнего дня воспринималась еще как сквозь туман, то после устроенной Атаманом какофонии сна не осталось ни в одном глазу. Сморщив нос, Мишка зажала уши ладошками и не опускала, пока Ноткин не выпустил арматурину.
У Двудушников, судя по всему, начинались интересные времена. Потом Мишка подумала еще раз и признала, что будут они хоть и интересные, но не слишком веселые. И участвовать в этом сомнительном мероприятии она, пожалуй, не захочет. Но еще как-то пользу принести – это она была бы не прочь.
- А мне чего делать?
Мишка сама толком не знала, кого именно спрашивает: любящего командовать Атамана или нового менху, непривычного, еще вчера чужого. И кого будет слушать, если они велят разное, тоже пока не очень представляла. Вот кто дело ей важнее найдет – того и послушает, решила Мишка про себя.
Ну и воды набрать. Еще со вчерашнего дня так и не удалось, а дома едва ли полбутылки оставалось. И Спичку найти, в конце-то концов. И раз уж будет в Кожевенном, то и к Шкилю этому зайти. Вдруг домой пошел… Вот уж о нем беспокоиться у нее вообще повода не было, но что-то подрагивало в районе сердца на его счет. Возможно, Куколка. А она без причин не дергается. Мишка проверила, удобно ли ей там сидится, под шалью.

0

70

Это Атаман хорошо выдал — чтобы и идея вроде как его, и кивнуть есть на кого. Не про дома зараженные первым делом, а про настои и защиту. Умеет говорить так, чтоб и слушали и слушались, да и пользоваться умением не стесняется. А что с сомнением смотрят парни — так это ведь именно оттого, что не дураки собрались. Вот если бы наоборот, от желающих отбою не было, пора было б и насторожиться, а то и вовсе мешать им начинать. Обошлось. Сами справятся.
- Сам знаешь, многих не посылайте. Глянули — и бегом обратно, тут жизнь дороже, чем точность.  Настои принесу сразу же, как трав у меня довольно будет.
Вот и поддержал. Детей к неизвестной заразе отправлять, на верную смерть, обещая им защиту, о которой лишь то известно, что она в теории должна, возможно, быть в перспективе возможной для создания. Ох, Бурах-Бурах...
Чуть отступил, уступая Ноткину инициативу и лезь в дела мальчишечьи в себе не чувствуя ни желания ни прав. Сами решат, кому идти и идти ли вообще. Мишка тоже сама решит, конечно, но раз уж спросила она...
- Может, советом мне сможешь помочь? - сверху вниз глядя в серьезные и немножко сонные глаза, без улыбки спросил он. - Мне стоянки Червей нужно найти. А еще в городе — Стаха Рубина, ученика моего отца.
Если уж Шкиль сбежал, а менху и нет никого, остается Стах. Он еще вечером вчерашним показал старому другу, что жив-здоров, цел, бодр, памяти Исидора верен и дурак.

0

71

- Договорились, - Ноткин улыбнулся краешками губ. Дело сделано, - Идите, парни, досыпайте, - сам полез за старой картой города. Хорошо было - вроде как ничего особенно нового и не было построено за последний десяток лет, не считая Многогранника - там на карте было лишь пустое место, и лишь кто-то из шутников нарисовал на этом пустом месте совершенно беспорядочный многоугольник-каракуль и неровно начеркал "шавки". Одолжил тогда этот паренёк карту, чтобы адрес друга посмотреть в Жильниках да свериться. Уж после того, как вернул, этот каракуль атаман обнаружил. Лишь усмехнулся тогда - порча карты вроде как и порча, а особого вреда не принесла.
- Вот. С этого мы срисовывать и будем. Новых районов нет, это уже хорошо. Карандашей и прочего пишущего барахлишка у нас хватает, нам самим только бумага нужна, не на салфетках же рисовать... но это мы тоже откопаем где-нибудь, - Ноткин протянул карту гаруспику на оценку.

0

72

На все готова была Мишка. Стоянки одонхе – да запросто! Даже проводит. Даже к тому, который на высоком берегу Глотки живет, злой и нелюдимый, и хворостиной ее однажды гонял, давно правда.
А вот Стаха выдавать нельзя было никак.
«Только они ведь наверняка дружат? Зачем бы ему еще Стаха искать, как не за помощью?»
И все равно нельзя. Тут и Стаха подведешь, и еще больше – Грифа, который на свой страх и риск ее, нескладеху деловую, на себе к тому Стаху отнес, считай. Хотя тоже явно обещал ему, что не выдаст.
Так что не будет она рассказывать, как заходишь из Сквера, там направо, а потом налево-налево… Вот даже если бы это значило, что прямо сегодня они сделают лекарство.
Даже если – что еще ужаснее – это значило, что ей придется самой одной соваться опять на северные Склады эти тоскливые. И уже некому будет ни через лужу переправить, ни от встреч нежелательных оградить, да и пожар там дел вчера наделал…
Посмотрела Мишка на карту, от сердца Атаманом оторванную, в очередной раз безуспешно попыталась представить, как эта живопись соотносится с настоящими заборами и домами. Так и не далась ей пока эта премудрость, как ни бился Спичка, как ни подсовывал ей свои обожаемые, вдоль и поперек подписями перечерканные, карты.
- На болоте Червь один живет. Как пойдешь вдоль Глотки мимо железной дороги, там мостик такой будет. Вот это к нему. Он сердитый бывает, но ты не бойся, он меня не обижал ни разу по-настоящему.
Вот словами рассказать – это она запросто.
- А я Стаха могу поискать, - добавила Мишка обреченно. – И передать что надо.
Покосилась на мальчишек с опаской. Главное, чтобы следить за ней не додумались. А то конец всей конспирации… Впрочем, Спичкина наука по поводу слежки давалась ей чуть легче. Попробуйте, что…

0

73

Интересный поворот.
Раньше Стах жил у дядьки, в Жильниках. Если собраться, да вспомнить хорошенько, Артемий сейчас бы и дом смог найти, выдвинувщись от Кожевенного. Переехать старому знакомцу довелось едва ли, особенно если все еще оставался он учеником отца - там и идти недалеко, и дом был большой, удобный. А теперь вот, поискать его Мишка предлагает.
Во-первых, она может просто не знать. Мало ли, не довелось побывать, а признаться неохота. И это было бы неплохо.
Во-вторых, она может знать, но из личного интереса предпочесть сбегать за Стахом сама. Поучаствовать и вообще. Неразумно, но в исполнении ребенка, пожалуй, даже ожидаемо.
И в-третьих, она может прекрасно знать, где дом Стаха... И знать, что сейчас его там нет.
Или он все-таки переехал, или бегает сейчас как оглашенный по городу, или прячется где - хотя от кого ему прятаться? А, ладно, чего гадать-то почем зря?
- Нарочно искать не надо. Но вот если вдруг по случайности встретишь его, то передай, что я его ищу. Что нужно поговорить о лекарстве и наследстве Исидора. Он и сам в курсе.
Про давешнее письмо решил попросту не говорить, Рубина зря не нервировать. Захочет обвинения свои продолжать - там разбираться и будем, а пока не было никакого письма и угроз тоже никаких не было.
В карту глянул краем глаза, ухмыльнулся краткому разъяснению детских политических настроений, Ноткина по плечу хлопнул.
- Справитесь. Зря не рискуй, помощь нужна будет - весточку оставь у моего дома. Как настои готовы будут, принесу. Кстати, насчет Рубина тебя тоже прошу, увидишь - передай весточку. Уж очень он мне нужен.
Осмотрелся последний раз, задержался взглядом на пустой лежанке Шкиля, справился с минутным уколом совести - и вышел в предутренний холод.
>>>>(локация уточняется)

0

74

Всё было сказано и говорить особо было нечего, разве что пацанам разъяснить подробные действия при разведке. Ноткин лишь прокивал головой, выслушав последние инструкции Бураха и махнул рукой гаруспику на прощание. Затем хлебнул твирина из горла, потряс головой, прогоняя крепкую горечь в горле.
- В общем, пацаны, делать будем так. Группам по два-три человека выдадим по копии карты и настои. По городу ходим спокойно, внимание не привлекаем. Находим дома, покрытые красным жиром, наносим на карту. Дальше не заходим, ищите границы, где заражение остановилось. В дома не заходите, нечего там ловить. Как пройдёте свою часть города - возвращайтесь в Крепость. Ясно?
- Ясно, - кивнула старшая часть населения Склада мужского пола.
- Так и будем делать. На крыше дозорные нужны, чтоб смотрели, на случай, если болезнь на Склады проберётся.
- Что с деньгами? - спросил Чёрный
- Деньги поровну между участниками разведки. Потом делайте с ними, что хотите. Транжирить не надо, сейчас цены взлетели так, что дальше некуда.... Верно говорю, Сипуха?
- Ага, - кивнул взъерошенный кареглазый парнишка, - планировал сегодня купить чего-нибудь пожрать, так нифига и не вышло, - Сипуха оглядел компанию. Сипуха... метко его окрестил Фугас - взъерошенный, как потревоженная сова, и глаза тёмно-карие, почти чёрные, немигающие. Спать он, конечно, любит - вот и всё, что отличало его от настоящего филина.
- Ну, всё. Как настои будут, тогда выходим. Занимайтесь своими делами.
Ребята расползлись по лежанкам, намереваясь досыпать эту ночь. Ноткин не стал исключением - стоило ему лечь на матрас, как в ногах опять развалился Артист, и атаман начал неохотно, медленно погружаться в сон.

0

75

На складе царила предутренняя тишина, которую дыхание трёх десятков детишек не нарушало, а лишь подчёркивало. Через чердачное окошко уже падал свет белого облачного неба. Кто-то уже проснулся, но большинство всё ещё своих лежанок не покинуло. Как и Город, Крепость была на грани пробуждения, и минуты отделяли общий сон детской банды от возвращения к обычным своим заботам.
С трудом разлепив глаза, Ноткин сел и молча уставился в одну точку, обхватив руками колени. Утренний ступор был в самом разгаре. Последние четыре часа Ноткин спал мёртвым сном, без сновидений, как было почти всегда, и вот теперь голову, невзирая на утренний час, осенила парадоксальная мысль растянуться на лежанке снова.
"Не, это мы проходили". Ляжешь обратно - и не можешь ни глаз сомкнуть ни обратно встать. Так и валяешься до обеда, как приклеенный. Ноздри щекотал запах завариваемого кем-то из Двудушников чая - над обложенным кирпичами маленьким костерком тихо бурлил старый поржавевший чайник.
По складской двери постучали, вызвав волну шороха среди спавших. Ноткин подошёл к двери:
- Кто?
- Свои, - просто ответил снаружи знакомый голос.
- О-па... Плесни-ка чайку куда-нибудь, Кось. К нам Грызун в гости пришёл, - ответил Ноткин в ответ на вопросительный взгляд Коси, десятилетнего парнишки, смотревшего за закипающим чайником.
Колоритный персонаж. Рыжий, взъерошенный пацанёнок. Из-под верхней губы немного выпирают два передних зуба, жёлтых от частого курения, - Ну, здорово, бездельник. С какими судьбами? - улыбнувшись, Ноткин впустил побелевшего паренька внутрь, - Да ты, никак, нездоров?! - Вид и вправду у Грызуна был нездоровый. Бледный, как сама смерть, с потухшими глазами... но не Песчанкой болен. Не чувствуется дух земной гнили и крови.
- Да, ничего особенного, - отмахнулся Грызун, - Я просто ночь на вышке пережидал на окраине.
- А к своим домой не судьба, не?
- Нет, - ответил Грызун, явно чего-то недоговаривая. Ноткин заподозрил неладное.
- Так, давай, садись и говори, чего случилось, - Атаман потащил Грызуна за собой. Подведя к своему столу, пододвинул ящик. Кося заботливо поставил исходящую паром кружку чая, - В чём дело? Говори.
- Ну... - Грызун отхлебнул; зашипев от обжигающего чая, проглотил, - Песчанка. У меня в квартале. Нет у меня дома больше.
- В Кожевенном? - Ноткин поднял брови. "Однако, вовремя мы оттуда свалили."
- Да. Мама с братиком умерли. Я тогда с другом по Степи гулял. Меня батька нашёл, говорит, мол, в Кожевенный ходу нет. Он-то найдёт, где приткнуться, у него друзья есть. А я вот...
- Батька не заражён?
- Ты же сам знаешь... здоров, как бык. Редко когда болел. Ему повезло.
- Точно? - Ноткин стремился вытянуть из принёсшего весточку абсолютно всё.
- Я у него спрашивал не один раз. Говорит, мол, ты, сына уже зае... ну, ты понял, - кивнул Грызун, - С трёх утра он на ногах, и вообще не факт, что эту ночь спал. Живой. Вот, слушай, пока он поспрашивает у друзей, где бы ему место найти, я сказал что у Двудушников пережду. Он согласился. Вот, я думаю на время эпидемии с вами побыть. Ты ведь не откажешь?
- Не вопрос конечно, оставайся, - ответил Ноткин, утверждающе подняв брови, - Спать найдём на чём... Только ты тоже не сиди у нас без дела, хорошо?
- Ну, спасибо. Реальное тебе спасибо, - кивнул Грызун.
- Ещё слышно чего? - Ноткин спросил чисто для поддержания разговора, но всё же рассчитывая: вдруг ещё что-нибудь узнаем?
- По большей части - Кожевенный. Что там творится - о..уеть не встать, - Грызун подул на чай, сделал маленький глоток, - Туда все ходы перегорожены, все переулки. А на границе чучела стоят такие... к ним ещё дохлые крысы за хвостики привязаны, висят. Где заражение остановить смогли, дружинники стоят, охраняют. Ни в Кожевенный, ни из Кожевенного ходу нет. В общем, кажется мне, меньше, чем за день квартал сдохнет от Песчанки. А потом - дальше пойдёт... Переулочек помнишь такой, из Жильников на пустырь Костного Столба ведёт? Там страшно... меньше, чем метр, окна в окна, стоят рядом дом мёртвый и дом с людьми. Оттуда стоны и крики умирающих людей было слышно, из дома с людьми матери детей вытаскивали. Грудничков несли куда подальше, постарше тоже с ними плелись. Тоже к знакомым, наверное. Те, кто постарше, остаётся. В Жильниках кипеш начался солидный, все ищут, у кого бы укрыться, да подальше от Кожевников.
- Ну, ясно. Спасибо, Грызун. И не беспокойся, тебя мы не бросим. Если лежанки свободные найдутся, отдадим за просто так, у нас на полу спать не стоит, простудишься. Иди пока, можешь на моей поспать спокойно. Отдыхай, - Ноткин указал на свой матрас. Грызун, кивнув, пошёл спать.
Вот и новое дело. "Если сегодня Бурах подгонит настои - сгоняем, разведаем. Пойду я, Фугас... Косю, может, тоже, взять, он у нас парняга быстрый. И всё, я думаю." - Достав показанную ранее Бураху карту Города, Ноткин извлёк из нагрудного кармана куртки немного потерявший заточку карандаш. Порывшись в барахле, нашёл лист картона. Придирчиво осмотрев затоговку для копии, Ноткин смиренно вздохнул и начал работать. Линия за линией, ложится карта на пустой лист. Дом за домом, появляется план Города. Получается криво. Ну, что поделать, никогда ранее не делал Ноткин карт. И сейчас, на пределе внимания, мелочные ошибки всё же допускаются. Иногда бурча под нос ругань, Ноткин отмечает, что в общем-то, карта должна получиться понятной...

+1

76

Кто на складах хоть неделю прожил, ни в жизнь не ошибется, где кого искать.
Вот тута, значится, к скверу ближе да к цивильной части, воровская братия приют сыскала. Вор на воре сидит, вором погоняет, ночью подумать-то страшно, не то что пройти. А вот туточки, по другую сторону железной дороги, пацаны засели. Тоже, та ещё шайка. Собаки злые, лица неприветливые, кто сунется не свой - загрызут, не заметят.
Недоброе место склады, а всё ж таки своё, привычное, уютное, пригретое - тяжело с такого уходить.
Ночь Брага с парнями, как карта легла, перемыкался. Пьяные свободой, били без разбору - кровь, что водица, в землю уйдет, твирь кровавая взойдет, а плоть на кладбище унесут, дочка смотрителя блаженная колыбельными убаюкает. Деньги в карманах осядут, вещи приметные по мусоркам отправятся - не Грифу ж теперь их сдавать...
Славная была ночь, кровью хмельная, вседозволенностью и властью пьяная.
А под утро - часа в три - собрались, усталые, во временном убежище, добычей похвалиться, поспать немного, да только какое спать, когда головы кружатся и звенят, а мелочь к пальцам липнет, так и кажется, что кровавая вся, мокрая, алая, хоть и следа нет.

- А неуютно тут...
- Холодно...
- Кто спальник прихватил? Делись, брат!
- Да не пойти б тебе, выродка кусок.
- Вот жмотяра! А спальник-то двухместный, добрый...
- А у Грифа, сейчас, небось, как раз спать укладываются.
- Да что там у Грифа! Пацаны небось давно уже десятые сны видят, и им всё уютнее, чем...

Дурное дело нехитрое, да и мысль злым мужикам в голову легко самая страшная придет, одного слова достанет. У двудушников склады обжитые, уютные, вот дело было б в них отдельной бандой сесть, да заодно мальчишек проучить, уж больно много воли взяли при грифовском потворстве. Он их "Детки, куда их резать-то", а те детки давно уж на шею сели да ножки свесили.
Решили, впрочем, что поспать всё ж таки надо. Утром и думается легче, и режется веселей, да и при свете дня тяжелее пацанам прятаться будет. Отрядили только троих самых мыслящих, чтоб под дверью у главного склада у пацанов сели, чтоб те не разбежались, пока остальные проспятся да подойдут.
Много ль мелким надо?
А если рыпаться вздумают, то ножи - вот они...
Так и вышло, что Терентий, Ветродуй и Камерник ещё как светать не начало по разным сторонам у двери угнездились. собаки чуткие не встрепенулись даже - все ученые, как ступить знают...
Смолили одну на троих самокрутку, болтали шепотом. Обитателей склада решили не будить, известить, как кто из них наружу полезет.
Сурприз устроить, так сказать.

+1

77

Тишина понемногу исчезала с пробуждением жителей Склада. Проснулся Фугас, широко зевнул, потянулся. Рядом Гордый над Хромым хлопочет. Тот, вроде, чувствует себя получше, но лишним полежать не будет.
А Ноткин, наконец, завершил перерисовку Земли на листе картона. Осмотрев, примерился. "А, ё..." Узлы ещё могли уместиться. А вот Каменный Двор - не весь. Разве что перерисовать дома на берегу Глотки ещё было можно, а вот Горны, Омут, Собор, Башня - уже не умещались.
- Пацаны! Знает кто чего про Каменный Двор, нет там болезни?
Ответом ему были многочисленные голоса:
- А хрен знает....
- Я вчера там был, вроде всё спокойно.
- А с какой целью интересуешься?
- Думаю, проверить надо бы. Болезни там наверняка нет, но удостовериться всё же надо. Просто, без настоев и иммуников, обошёл эту часть и назад вернулся. Если сегодня будут настои от Артемия, пойдём на работу, - Ноткин оглядел смотрящие на него со всех сторон пары глаз, - Пойдём я, Фугас и Кося, наша цель - Земля. Ещё двух парней отправлю на Каменный Двор. И будет не лишним глянуть, конечно, что в Узлах, да... но я ещё карту целиком не перерисовал. Если кто разбирается и помочь может - буду только рад. Далее... кто Каменный Двор проверит?
Наступила пауза. Хрипун, оглядев всех, пожал плечами:
- Я могу. Кто со мной?
Снова - молчание. Не хотят они идти туда, где правят бал собачьи морды... Грызун вздохнул:
- Давай, Хрипун, я с тобой пойду. Мне всё равно идти некуда, кроме как к вам, а атаман велел без дела не сидеть.
Ноткин лишь кивнул. Молодец, Грызун. Всё понял.
- Может, сейчас начнём? - Грызун заметно прибавил в энтузиазме, что не могло Ноткина не радовать. Атаман лишь усмехнулся:
- Хрипун!
- Ау?
- Грызун предлагает сейчас к Каменному Двору сбегать. Что скажешь?
- А с фига ль нет? - пожимает плечами Хрипун, пряча складной нож во внутренний карман куртки, - Отбиваться есть чем?
Грызун развёл руками - мол, нет.
- Заточку хотя бы дайте парню, чтоб было чем...
- Во, держи, - Грызуну сунули в руки отвёртку с заточенным концом. Этакое самодельное шило, но страшнее и острее, - Главное - осторожнее быть, - инструктировал Хрипун, застёгивая пуговицы, - там хановские ребята любят гулять.
Грызун молча кивнул - понял, мол.
- Ну, пошли, - Отворив складскую дверь, Хрипун предусмотрительно оглядывается по сторонам. Совершенно внезапно его берут в захват, - Ах ты ж ё.. твою! На помощь, паца... - Громкий крик обрывает грубая рука, зажимающая Хрипуну рот. В Крепости начинается переполох - девчонки тащат мелкоту на антресоли, парни же постарше хватают оружие.
- На выручку, быстро! - Ноткин, а вслед за ним семеро крепких, проверенных ребят выскакивают из Склада, и их глазам предстают трое взрослых, явно с недобрыми намерениями пытающихся куда-то утащить Хрипуна, - Вперёд!

Отредактировано Ноткин (2013-10-01 09:14:41)

+1

78

Ну вот, никому она тут и не нужна особо, оказывается.
Ну и ладно, не больно-то хотелось. Стаха ночью на Складах искать – ищи дурака, а на разведку ее все равно не возьмут, даже если проситься будет. А она не будет, с заразой запросто так знакомиться – ищи дурака…
Мишка посидела на ящиках, поболтала ногами, послушала, как Атаман командует. Слазила к девчонкам на антресоли, постояла под неодобрительными взглядами. Послонялась среди живности. Сунулась было Артиста по ушам потрепать – отлуп получила… Вот так всегда здесь. Приходить – приходи, не выгонят, а за свою все равно не сойдешь. Каждый тут к делу какому-никакому приспособлен, а ей те дела как-то не сдались совсем.
А в Кожевенном – что за дела?! Как это – прегорожены? Кем? С ума посходили? Не мог же Шкиль там за одно утро перезаражать всех, даже если правда заболел? Он же того, лекарь, и у Исидора учился, он же не мог!..
И Спичка-то!..
Мишка вдруг вспомнила, что приятеля не видела уже не то что со вчера – а с поза-позавчера, и ни записочки даже. Метнулась к двери, потом остановилась, задумалась.
И чего? И куда? Дома его искать – так это ж кто ее пустит, раз там эти чучела, да еще и с крысами, фу, гадость какая… Зато можно было осторожно проверить тайники: вдруг ей весточку какую оставил? Да, и у Капеллы спросить, что она, может, слышала за день. Но к Виктории было рановато. Значит, по тайникам пройтись, домой заглянуть…
Посоветоваться надо было с Куколкой, пожалуй. Мишка привычно сунула руку под пальто – и обмерла.
Проверила ящики, где свалилась поспать, куртку атаманскую перетрясла. Слазила на антресоли, подняла девчонок, чуть не под одеяла к ним заглянула, невзирая на возмущенные вопли. Заглянула Атаману а плечо с тоской в глазах – нет, все карты ихние, да и не подходила-то она к столу близко…
Не было Куколки. Вот не было – и все.
Мишка попыталась вспомнить, когда в последний раз с ней шепталась – и не смогла. Ну не у Оспины же она осталась! Хотя начинать искать можно было и оттуда, от подружек ее новых, может подскажут чего хорошего.
А вот кстати и экспедиция собралась. В другую, правда, сторону, но тут ведь главное – со Складов выбраться, а дальше – дойдет как-нибудь. Душегубцы-то спят все небось, после веселой-то ночки.
Она пристроилась на выход с назначенными разведчиками, не особо спрашивая разрешения. Ноткину рукой махнула: ушла, мол. А дальше было непонятно.
Когда буднично приоткрылась дверь в хмурые утренние сумерки, Мишка успела только заметить, как дрыгнулись в воздухе ноги одного из парней, потом был придушенный крик, закончившийся таким звуком, будто кто-то грызет чью-то руку, а потом началась куча-мала. Мишку отпихнули куда-то к ящикам, и она забилась там в щель, растерянная и испуганная.

0

79

Первому удар в живот пришелся - профессиональный, надо сказать, и вполне себе добрый. Хотели б - глотку бы вспороли, чай, дело не хитрое... Только приказ-то был точный - ждать остальных, а мальчишек пока на складе подержать, чтоб не повылезали да весть дурную про бандитов, решивших беспризорничков проучить, по Городу не разнесли. Так что бритвы пока в карманах дремать остались, ножи в ножнах нетронутыми...
Второму меньше повезло - его саданули в нос, и даже в заваривающейся каше отчетливо слышно было, как косточки, ломаясь, хрустнули. Третьего пнули в колено, тоже до хруста костей, а дальше уж пошло-поехало, не разобрать, кто кого в куда долбит, кто кому что разбивает и куда синяки ставит.
Пацанов, конечно, больше было, но против трех мужиков, которым церемонится не хочется, не сила они были, а так - тьфу, плюнуть да растереть...
Наконец, шатнулся Камерник назад - взъерошенный, злой, из общей свалки вырвался, нож выхватил - заплясал тот в пальцах, заиграл на утреннем солнышке:
- Ну-ка ша, мелюзга! Все обратно забились и тихо, как мышки...
"Мы жалеть не будем, - было у него в глазах. Ветродуй отшвырнул одного из пацанов на стену склада, добавил по челюсти, как взрослому. - Сами хотели на равных потягаться - вот, тягайтесь. А лучше не пробуйте, кто на нож скорее..."

0

80

Меньше, чем за мгновение, трое пацанов выбыли из строя - Гусар вскрикнул от боли; схватившись за правую сторону живота, пополз обратно в Крепость. Бандит знал, куда бьёт - удар по печени мало приятного приносит. Фугас, получив кулачищем прямо в шнобель, пошатнулся, но всё же устоял; прекрасно понимая, чем чреват замах, бьёт он арматуриной, точно шашкой - по-над землёй. Полуметровый железный прут с хрустом прилетел бандиту прямо по колену, сбоку. Судя по тому, как повалился бритвенник на землю, что-то плохое Фугас ему сделал. Вслед за Гусаром пополз Гордый, волоча за собой ушибленную ногу.
"Надо успеть!"
- Кося! - Ноткин вытащил пацанёнка из схватки, - Кося! Тикай к Капелле! Скажи, беда приключилась! Скажи, к нам ходу нет! - Пока ребята пытаются хоть как-то сдержать натиск двоих ошалелых бритвенников, не обращающих внимания на третьего, которому взбешенный Фугас, исходя кровью из разбитого носа, выбил коленную чашечку арматурой, Ноткин поднимает Косю, помогает ему перебраться через забор, - Давай быстрее, Кося! Тикай, родной! - Дрожащий всем телом парнишка, не успевший толком принять боевое крещение, пулей рванул к Станции.
Когда один из бандитов выхватил нож, ребята перепугались не на шутку. Уцелевшие Двудушники отскочили подальше - никому не хотелось словить ножом в ребро или в живот. Всё грозило обернуться похлеще, чем обычной разборкой с синяками, ушибами и ранами, которые заживут самое большее - через неделю. Закончилось всё живописным моментом, когда один из двоих ещё способных драться отталкивает Чёрного прямо на складскую стену и, пока тот не очухался, красиво прописывает тому в челюсть.
- Стойте! Дайте, хоть раненых подберём! - окликает Ноткин в ответ на требования одного из бандитов.
Главное сделано, думал он про себя. Кося уже на пути к Капелле, весточку передаст.
Кося уже тем временем огибал Станцию, пытаясь найти маршрут побезопаснее.

Кося бежит туда. Склады => Станция => Почка => Сердечник => Сгусток, к Капелле.

0

81

Свистнуло в воздухе лезвие, да таков тот свист, что не захочешь, а услышишь, хоть уши затыкай. Свистнуло - да затрепетало, запело, плоть вспарывая, в неё же втыкаясь.
Засмеялся Терентий с земли, как залаял - колено у него болью отзывалось, да такой, что и встать бы, наверное, не получилось - Ветродуй нож в руке подкинул, ощерился:
- До десяти считаю, и кто опоздает - тому в горло войдет!
Камерник уже по карманам шарил, бинт искал. Брагин приказ они, конечно, нарушили в какой-то мере - да только где сейчас тот Брага, да и кого волнует, есть раненые среди смертников, нет раненых...
Терентий ногу едва-едва выпрямил, штанину закатал - вспухать колено начинало, синевой наливаться - только его сейчас не столько это печалило, столько то, что ножик метательный в бедро одному из мальчишек вошел, а значит, грозил у них же и остаться.

0

82

Что происходило дальше - вот оно, полное поражение. В самом деле, понял Ноткин - если церемониться не будут, могут Двудушников со Складов выкинуть на раз-два, а ещё проще - перерезать всех.
- Хрипун!!! - Крик отчаяния огласил южную часть складов - парень с метательным ножом в бедре повалился на землю. Пошла кровь; Ноткин сжал зубы в отчаянии. "Ничего, счёту до десяти нам хватит..."
Ребята ретировались с поля боя. Хрипун надрывно застонал сквозь зубы - адскую боль ему причинил мало того, что нож, так ещё и несторожно атаман с Тюленем понесли его - нога задрожала, кровь пошла с новой силой; Хрипун вскрикнул громче.
Закрыв за собой дверь, ребята вложили Фугасову арматурину заместо засова. Тех, кто не успел выйти и посему цел остался, отряжают следить за дверью с самопалами - кто войдёт, палить на поражение.
- Крепко дерутся, гады... - Фугас, ощупывая обильно исходящий кровью нос, лихорадочно искал в карманах моток бинта. Вокруг тяжело раненого Хрипуна уже хлопотали девчонки. Две самые старшие из них - Пернатка с Викой Грибовкой, по четырнадцать лет каждой, осматривают рану, и не могут скрыть отчаяния.
- Жгут нужен, - Пернатка знает, - Кровь остановить надо, атаман...
Ноткин присел рядом:
- Хрипун...
Парень ни жив ни мёртв. Старается сохранять спокойствие, но кровь всё идёт, нож остаётся в ране, и видно - еле держится Хрипун, чтобы не скорчить лицо в гримасе боли. На глазах видны слёзы от напряжения. Зубы сжаты. Дыхание неровное, частое. Глаза широко раскрыты, даже моргает парень с усилием.
- Пернатка... у тебя мама аптекарем была ведь... тебе ведь рассказывала ещё что-нибудь? Нет у нас жгутов, - качает головой Ноткин.
Пернатка же, запустив ручку в солому длинных, жёлтых волос, опустив голову вниз, в отчаянии смотрит на раненого. Вдруг - как будто заново ожила:
- Мне рассказывала мама... помню кое-что... Ремень нужен... и бинт. И нож вытащить... - Девочку чуть не выворачивает наизнанку от вида крови, натёкшей в подставленную плошку.
Ремешок снимают с Хрипуна. Осторожно приподнимают туловище. Кожаной змеёй поясок выходит из петель штанов. Кто-то заботливо подносит моток бинта. Пернатка, еле сдерживая рвотные позывы, работает, Вика же, сидя у изголовья, гладит Хрипуна по голове, лежащей у девчушки на коленях, и только шепчет, повторяет одно только слово:
- Потерпи... потерпи...
Раненую ногу Пернатка осторожно, медленно сгибает, и Хрипун снова судорожно стонет от боли, содрогаясь, и ласки и шёпот Вики ему еле помогают. Моток бинта уходит под коленку, а бедро и голень Пернатка ловко фиксирует снятым ремнём. Крепко-накрепко. Хрипун, судорожно, неровно дышит. Силится что-то сказать, а Вика пуще прежнего гладит:
- Молчи...
Сделав дело, Пернатка ещё несколько секунд смотрит результат. Посмотрев, вдруг вскочила и побежала в угол. Вырвало её только сейчас, а тянуло и раньше.
Фугас, наконец, смог остановить кровь. Сделав компресс, крепко примотал его бинтом, вокруг головы. Гордый же, шипя под нос ругательства, помогая себе палкой, хромая, подошёл к Ноткину:
- Что дальше делать будем, атаман? У нас пятеро драться не смогут...
- До-до, - донеслось из угла, где сидел Фугас, - Я ещё сбагу!
- Угу, за себя говори, - проворчал Гусар, массируя отбитую печень, - Я тоже смогу...
- Ладно, трое... ну?
Ноткин зажал в зубах самокрутку. Чиркнув спичкой, выдохнул облачко дыма, сосредоточенно осмотрел всех, принявших участие в столь быстром бою.
- Будем ждать. Я Косю успел выпроводить, он предупредит. Сейчас он, скорее всего, уже у Капеллы. Дети быстро всё поймут. Да и в Городе наши тоже есть... не все ведь здесь на ночь остались. Прорвёмся...
"А что ещё я могу сказать? Либо прорвёмся, либо сдохнем. Третьего нет."

0

83

Выкатилась пацанская волна за дверь с боевым кличем – и меньше чем через минуту, как Мишке показалось, обратно вкатилась. Уже без задора и в кровище. Да что ж там за напасть такая?! Нет, кое-что Мишка сообразила, не совсем же дура, да и вариантов не так много представлялось: пожар у Грифа был? Был. Ну и все. Только по орущему парню было ясно, что пришли убивать, а по тому, что внутрь его занести успели – выходило, что может и не убивать, а вообще непонятно зачем…
Когда затвор лязгнул, Мишка потихоньку из-за ящика выбралась, но беготня и толкотня стояла такая, что здоровей было передвигаться по стеночке. Девчонки суетились возле раненых – взрослые почти, Мишке там и делать было нечего, да и не умела она, не научил ее дед Исидор… Сглотнув шершавую гадость, подступившую к горлу, она постаралась мыслить стратегически.
Они тут теперь заперты получались. Кем да почему – в целом понятно, но подробности знать не помешало бы. Опять же, весточку кому-то передать, что тут они, что выручать надо… Атаман, может, и хотел бы сам со всем справиться и всю славу заграбастать, а Мишке еще жить хотелось. Поэтому она тихонько пробралась к лестнице и вскарабкалась на антресоли. Пока тут еще о сигналах подумают, до того ли им… А ну как время упустят, еще больше вражин набежит, что тогда?
Тихонько толкнув узкую фарамугу, Мишка высунула голову над крышей. Ну, кроме крыш она ничего таким образом углядеть и не надеялась, солнце вот встало, например… Это, с одной стороны, плохо: увидеть ее могут. А с другой – вовсе даже хорошо: ее могут увидеть, она рукой помашет, знаки подаст – было бы кому… Осторожно выползя коленками на холодную после долгой ночи жестяную крышу, она закрыла за собой люк. Стараясь не громыхать по жести, легла на живот и подползла к краю.
Трое их было. И потрепало их тоже изрядно, вон, ругались как – вполголоса, но забористо.

0

84

Бегло осмотрев раненых и записав состояние дел в тетради, Ноткин поднялся на антресоли, глядя на девчонок и маленьких членов банды - тех, кто и в самом деле не мог за себя постоять, а потому те, кого нужно защищать.
"Безнадёжно. Всё зависит от тех, кто внизу готовится встретить нападающих. Если не выстоят, то и остальным несдобровать."
- Ублюдки... - процедил атаман сквозь сжатые зубы, - Ребят! Если подмога подойдёт снаружи, драться будем до конца. Детей нужно сохранить... Раненым помогите, пусть наверху будут.
"Ах, и идиот же ты, атаман! Не отвёл детишек к Хану... так оно было бы лучше."
Оглядев сверху Склад с бдительными ребятами, готовыми пальнуть из самопалов по дверному проёму, атаман только сейчас обнаружил пропажу - Мишка исчезла.
"Так, ну, это уже полное счастье... Капелла мне точно голову оторвёт."
Чердачный люк был открыт. Молясь, чтобы Мишка оказалась там, Ноткин встал на две первые ступеньки - только чтобы голова торчала.
Первые пару секунд атаман наблюдал за этим, не в силах сказать ни слова. Девочка, лёжа на животе на краю крыши, смотрела вниз.
- Мишка, мать твою растак!!! Ты что, с дуба рухнула!? - зашипел Ноткин, - А ну, быстро назад! У меня и так пятеро раненых, а за тебя мне Капелла лично все кости переломает! Разведчица, бл-ляха-муха!
Атамана прорвало. Пережитые чувства и эмоции выливались, и иной раз нет-нет, да и проскальзывало крепкое словечко.
- Назад, и нишкни! Не хватало мне, чтобы ещё тебе потом от ихних ножей раны зашивали!

0

85

Бинт, да мази, да листком пришлепнуть - не савьюр, конечно, то трава заповедная, не всякому в руки пойдет - подорожник обычный, такой у любой обочины найдется. Терентий не шипел даже, так, зубами скрипел, Ветродуй к двери спиной прислонился, на землю сполз, нож на коленях убаюкал. Ежели кто выйти захочет - попробуй здорового мужика сдвинь. А ежели и сдвинешь - нож как раз в плечико и войдет, или чем там дверь ещё толкать можно...
А вот Камерник шипел, как змей - такими ругательствами плевался, что не в раз уши отмоешь. "Шабнаково семя", "Ублюдки, на кабацком столе зачатые", "суоковы выродки" - лексикон у него всё больше степняцкий был, мясницкий, и кто там разберется, почему. Для степняка "Дурная кровь" - уже оскорбление, а уж "шабнаковым семенем" назовешь - как бы ноги не переломали. Руки у него так и мелькали - мазь, лист, бинт, замотать, как следует, кровь утешить.
Кто в Городе жил, тридцать три заговора с детства знает...
Над головами у них железо застукало, ровно кто по крыше неумеючи топал. Вроде и старается потише, а выходит - смех один. И вроде смотри - не увидишь, угол не тот, да только Камернику и смотреть не надо было - нервы на взводе, как бы не прирезал кого. Вот голову поднял, прислушался чутко - показалось, или шепчется кто? - да как рявкнет:
- Кыш обратно, сученыши!
А Тереньтий с земли добавил зло - мука у него в голосе была, мука да злость бешеная:
- Смотрите, как бы красного петуха не пустили.
Ветродуй промолчал. Только кости на ладонь вытряхнул.

0

86

Вот же принесла нелегкая!
Лежала себе на пузе, никого не трогала, да и не заметил ее вроде никто – нет, надо шуму наделать… Мишка оттолкнулась ладонями и скользнула назад, чуть не заехав Ноткину в глаз ботинком. Громыхнула жесть.
- Сам ты рухнул. Чего разорался-то? – возмутилась Мишка шепотом, да не таким, чтоб на дальних складах слышно было, а нормальным человеческим, то есть тихим, хоть и сердитым. – Меня, между прочим, и не слышно было, пока ты не вылез…
Свесив ноги в люк, Мишка выпрямилась и удобно устроилась сидеть на краю. Видно было далеко, даже слишком. Не тем троим, конечно, что под дверью сидели, но кто другой пойдет – засечет моментально этакий гвоздь в пейзаже. А Атаман хоть и вредный, но дело говорил. С другой стороны, в душный склад возвращаться Мишка теперь бы не согласилась хотя бы из той же вредности.
- Я тут недалеко. И осторожно, - пообещала она примирительно, встав рядом с Ноткиным на лестнице так, что наружу торчала только голова, и облокотилась на край. – Кто пойдет – увижу. А эти пусть думают, что мы ушли. А будешь орать – правда еще чего не того придумают.
Небось за ноги-то стаскивать не станет.

0

87

Сжав губы в нитку, Ноткин оглядел окрестности. На горизонте никого не видать, кто мог бы помочь. Да и кому помогать-то? Разве что Бураху, да тем, кто эту ночь по домам у себя спал.
- Думают не думают, а у этой нелюди ухо зверское, и злые они. Зарезать таких, как ты, для них - раз плюнуть.
"Шандарахнуть бы с обреза по ним, да патронов жаль... да и обрез на ладан дышит."
- Пока только ждать придётся, - прошептал Ноткин в ответ, - Если Кося сможет Артемия или ребят наших снаружи привести - попробуем вырваться ещё раз.
"И на этот раз пощады им не будет" - Резко замолчав, Ноткин сжал зубы, глядя куда-то мимо Мишки на противоположный склад.
- Гусар! - шепотком Ноткин позвал товарища снизу. Тот заученными манёврами ленивого павиана, цепляясь за балки, влез на антресоли, - Раздай ребятам оружие и заряди обрез, - не скрывая от Мишки своих намерений, прошептал атаман, лишь склонившись к уху паренька, - Поставь у дверей кого-нибудь, пусть слушает, что снаружи происходит. Дергача отправь на крышу, пусть смотрит, что снаружи, только как можно тише. Пусть все будут начеку - Кося наверняка уже побывал у Капеллы. Если Бурах или кто из наших ребят подойдёт, скажи Дергачу, чтобы сигнал подал. Всё понял? Давай.
Кивнув в ответ, Гусар спустился вниз. Разыскал в полумраке складов Дергача, и тот, в точности повторив манёвр Гусара, присел на перекладину лестницы близ чердачного окна, рядом с Ноткиным и Мишкой. Ещё один, выслушав Гусара, садится у двери, напряжённо вслушивается в брутальную и вкусную ругань, доносящуюся из-за полусантиметрового слоя жести. Увидев ошарашенное лицо дежурного, Фугас, проявив интерес, подкрался к двери, приложил ухо. Тихо шепчется с дежурным, слова слышны еле-еле:
- Эк, как забирает, уё..ок!
- Сильны ж там браниться... Даже я таких слов не слышал.

Отредактировано Ноткин (2013-12-03 23:20:02)

0

88

>>>> Склад Грифа
На южные Склады Бурах вышел самой короткой и прямой дорогой, через рельсы и две дыры в заборах. Пара шагов между двумя рядом стоящими зданиями – и как на ладони будет и склад Ноткина, и перед ним место открытое, чтобы нож метнуть, или выстрелить, удобное. И вот он уже почти сделал шаг вперед, как что-то замеченное, но не сразу понятое, словно дернуло его за рукав. Серые стены ангаров, небольшой кусок мостовой, небольшой кусок неба, и на его фоне две темные фигурки в треть человеческого роста.
Атаман выглядывал из люка по пояс, от Мишки были видны только плечи и вихрастая макушка, но почему-то Артемий не сомневался, что это она заметит его первым. Более верткая, наверное, и менее удрученная и озабоченная сложившейся ситуацией.
Вот. И правда заметила. Атамана за рукав дергает, шума лишнего не делает, что-то жестами показывает. Увидеть бы еще, с такого расстояния, да при таком тусклом небе…Ага. «Внизу». «Три». И… Нет, это уже не ему, это то ли вниз, то ли между собой.
Вот теперь времени не оставалось. Выдохнув, готовый в любую минуту уходить от удара или от брошенного ножа, Артемий сделал пару шагов вперед, выходя на открытое пространство.
С его положения было видно только одного из нападавших, здоровенного детину с мясницким ножом, стоящего около угла склада.

+1

89

Утро уже в свои права вступило - не шибко яркое, так, серенькое, как бы дождь не зарядил. Сидели себе тихо - Терентий сигаретку смолил, вроде как от боли отвлекался, Камерник всё что-то злое-гадкое бормотал, в три загиба, и по матушке, и по батюшке, и до седьмого колена вплоть до прапра и прапрапра. Ветродуй, подустав сидеть, бродил туда-обратно, мелкие камушки попинывал, на небо поглядывал.
Скучновато ему было, в мыслях только и вертелось, что скорей бы Брага явился да кровавая потеха пошла.
Чужака он первым и заметил. К ножу не потянулся, хоть глаза у пришельца были злые, а выражение лица такое, что вот сейчас примется двери лбом вышибать. Одет тот был по степняцки, такому ножик покажешь - взбеленится, а поговорить сначала всегда проще...
- Куда путь держишь, мил-человек? Заблудился нешто?
Терентий сигаретку в уголок губ перебросил, выплюнул-рявкнул:
- Вали, дядя. Без тебя дел хватает.
Камерник, шипя, помянул чью-то трижды во всех позах матушку.

0

90

Вот понавылазило народу-то! Туда-сюда… И Ноткин хотел, чтоб она внизу сидела? Вот уж фигушки теперь!
Прохладно было снаружи, если не холодно. Хмарь влажная, неприветливая. Очень скоро Мишка пропиталась противной моросью, которая маскировалась под туман: вроде и не промокла, а пальтишко потяжелело, да и шарф к шее липнуть начал… Но все равно здесь было лучше, чем там, внизу. Мальчишки хоть и косились на нее неодобрительно, а все ж не гнали. Вот только скучно.
От скуки Мишка начала размышлять о том, куда могла уйти Куколка. Толку в таких размышлениях не было, беспокойство одно, а все-таки лучше, чем тупо в серое небо пялиться. Вот если она просто голодная – значит, пошла бы той дорогой, что ближе к Станции выходит. Там, конечно, надо знать, куда свернуть, но уж для Куколки это вообще не проблема. Хотя нет, зачем такого крюка давать? Вот же забор, под ним кое-где и щели есть, человек не пролезет, а малышка тряпичная – вполне. Мишка покрутилась на своем наблюдательном посту: да, если покушать – то вон туда, через забор, да и была такова. А вот если дела у нее какие, или просто к подругам новым в гости – так это ей чтобы на мост, где рельсы, вон туда прямая дорога…
Мишка замерла, моргнула и чуть не выпрыгнула из слухового окошка. Сперва от страха: дядя там стоял немаленький, если еще кто из бандитов по их душу – так такой и дверь высадить может… А потом узнала. Рот себе ладошкой зажала, чтобы не заверещать: «Мы здесь», дернула за рукав Атамана.
«Там, там!» - изо всех подумала Мишка и, опершись на затекший локоть, замахала рукой в сторону двери склада. За ними Бурах – или как? А если не за ними, так может он и про бандитов не знает?!.
Отчаянной Мишкиной пантомиме могли бы позавидовать иные актеры.
Оставалось только надеяться, что ее поняли, и хамское приветствие покоцанных в схватке с мальчишками злодеев не застало его врасплох.

+1

91

Минуты тянулись, словно мёд с ложки.  Хрипун, тьфу три раза, пока был в порядке, глядел по сторонам и изредка задрёмывал. Даша с Викой, подружки не разлей вода, от подранка даже не отошли с тех пор, как перетянули ногу ремнём и наложили бинт. Ноткин нервно теребил вихры, стиснув зубы, зажмурив глаза и склонив голову - сказывалось долгое напряжение. Некоторое время побродил по Крепости кругами, инспектируя парней и раненых, затем, вернувшись обратно к насиженному Мишкой месту, выхватил нож из чехла. Провёл рукой по лезвию, придирчиво глянул на оставшуюся на ладони белую полосу. Запрятав оружие обратно, откинулся на стену, устало вздохнул.
Внизу Гусар неизменно держал на мушке складскую дверь, готовясь пальнуть из паршивого обреза. Фугас, остановив кровь и сняв повязку, осматривал в девичье зеркальце оставшееся от удара уродство.
Неожиданно оживилась Мишка, едва не оторвав Ноткину рукав. Жалкий, еле продавленный писк говорил только об одном: что-то сейчас начнётся. Выглянув, Ноткин увидел Бураха, приближающегося к складу.
"Да! Кося, молодец! Родной мой, дорогой!"
Тихо-тихо, стараясь не наделать лишнего шуму, Ноткин слез обратно на первый этаж Склада, подал сигнал одним жестом: готовьтесь.
Гусар сжал зубы, крепче прижимая приклад обреза к плечу. Фугас, кивнув, тихо подлез к Хрипуну. Взял лежавший рядом с раненым стилет. Крепче сжал выданную ему отвёртку Грызун. Ещё двое парней подкрались к двери. Один держит арматуру наготове, второй сжимает рукой арматуру Фугаса, которую вложили в замочные петли.
Крепость затихла, чутко слушая разговор снаружи.

0

92

Большого опыта в делах кровопролития он не имел. Морду кому набить - это запросто, но вот так, чтобы против троих, вооруженных и злых, такого не было. Вот попробуй пойми, как лучше: то ли за нож сразу хвататься, то ли спокойствие играть да руки на виду держать, врага лишний раз не злить. Страха как такового не было, места ему уже не осталось, просто хотелось все сделать быстрее, лишней крови не лить и времени не тратить.
Вот, заметили. Сразу не бросились, стрелять не стали, момент упустили. Где-то за тонкими жестяными стенами ангара наверняка сейчас мальчишки стягиваются к дверям. Даже если не сработает словечко, Грифом данное, секретное, все равно хоть от дверей бандиты отвлекутся, а там уж видно будет.
- Может, меня и ждешь, - Артемий хмыкнул и руку на нож положил, словно так и надо было. Само получилось. - Хагать на поготи, слыхал?
За Грифом повторить, кажется, удалось. Ударения там в нужных местах поставить, интонацию сохранить, голосом не споткнуться. Узнать бы еще, кто из этой словесной конструкции глагол... Можно будет как-нибудь задать задачку Рыжику, он лингвист, в конце концов.
Только Рыжик сейчас в Столице, а его приятель-хирург стоит с ножом напротив троих бандитов и ждет, послушают ли они им пересказанный чужой приказ, готовый защищать свою жизнь и жизни тех, кто заперт за их спинами.
Знал бы – обзавидовался.

+1

93

- Чег-го? - Тереньтий аж приподнялся от удивления, про больную ногу забыв, и тут же охнул, обратно повалился, ладонью загладил-занежил колено. Перебили знатно, теперь как бы всю жизнь не прохромать... - Ты где, дядя, таких слов набрался?
Ветродуй положил ладонь на рукоять ножа.
Язык бандитский, тайну сокровенную, берегли знатно, от чужих-досужих, а тут вот, от простого прохожего, да внезапно так, да без объяснений, да ещё чуть не по матушке-батюшке..
Было отчего за нож схватиться.
Камерник отвалился от двери. Подошел, встал, плечом притираясь к плечу. Тоже ладонь опустил - на рукоять бритвы, ей в бою не так сподручно, как ножом, но пописать тоже знатно можно.
- Ты хоть знаешь, что это значит? - и добавил ещё, такого, что при матери, будь она жива, повторить бы затруднился.
Настороженность у них была - и в глазах, и в позах.

0

94

О, один ранен, да серьезно. И то легче. А второй от двери отлепился. Знатно выходит, как по написанному сыграли. Ну, Атаман, теперь не подведи, коли что.
- Да уж догадайся, кто через меня привет тебе передает, - нехорошо усмехнулся, рукоять ножа стиснул крепче, в глаза первому, говорливому посмотрел спокойно. Силы свои оценивал: не силу тела, не тактическое превосходство, но исключительно что-то темное, злое внутри.
Посмотреть в глаза человеку, которого сейчас будешь убивать. Увидеть – живого, растерянного, настороженного, да решить для себя, что своей рукой оборвешь жизнь злосчастную, твоей ни ценностью, ни смыслом не уступающую. Просто потому что он стоит на дороге. Просто потому что для тебя то, что он совершает – зло.
И решить.
- Я-то что сказал, знаю. А ты что делать – знаешь?
Ох зря он это, ох зря провоцирует… Но решение принято, и не верится, что они уйдут сами, что ножи опустят и отступятся.
Только не подведи, Ноткин, у вас же и крыша свободна, и ворота уже не прогибаются под весом блокирующего их бугая. Давай, соберись. Скоро будет самое время.

0

95

Ветродуй успел Камерника за плечо дернуть - иначе лежать бы пришельцу тут же, на холодном камне, да кровушкой его теплой поливать. Удержал. Оттащил на себя, назад. На Терентия оглянулся. Тот уже вставал - осторожненько, медленно, движение движение куклы напоминало, у которой все суставы-шарниры заржавели и не шибко гнуться. Чтоб не упасть, пришлось ему на стену опереться. По ней же и подойти.
Колено дергало болью, Терентий кривился. Ветродую пришлось его поддержать, чтоб стоялось лучше.
Переглядывались недолго. Куда дольше думали мысль - одну на троих.
Бандитский язык тем хорош, что чужой его не вдруг поймет. А ещё тем, что в одно слово десяток понятий попроще уместится, по контексту глядя. Посыльным от Браги этот быть никак не мог, значит, Гриф шуткует, с гонцами угрозы передает.
Угрозы да обещание насмерть схлестнуться, если черту переступят.
"Кровью харкать будете..."
С него станется всех оставшихся пригнать - сначала с авангардом разобраться, а там уж и открытую войну.
Подыхать не хотелось. Если с детьми шутя бы справились, да и с этим тоже - своих, друзей-братанов слишком хорошо знали. Два с половиной, если подмога грифова подойдет - несмешно получится...
"Чай, не убьет Брага. Пусть сам с Грифом столковывается".
Уходя, Камерник всё же крепко задел степняка плечом.

0

96

Крепость подобралась вся, напружинилась, как тетива самострела. Мишка втянула голову в плечи. По голосам понятно было: чего-то не того сказанул Бурах, обозлил только сильнее, как бы самого спасать не пришлось… Обитатели Замка, кажется, того же были мнения: в полной тишине сползались к двери, готовясь выплеснуться за порог злющей безжалостной волной.
Мишке очень хотелось выбраться на крышу, подползти к краю и посмотреть, что ж там творится-то, но громыхание коленок по жести прозвучало бы сейчас неуместно, мягко говоря.
И даже когда, поднявшись над краем докуда хватило вытянутых рук, увидела она совершенно невозможное – как отступают, а то и просто дезертируют, трое увечных калек, даже тогда не решилась шуметь. Ухнула вниз, ссыпалась с лестницы, надрываясь громким шепотом:
- Уходят, уходят!..
К двери было уже не протолкнуться.

+1

97

Крепость замолкла, словно никого внутри неё не было. Наверху мёртвая тишина - там девочки и маленькие ребята ждут кровавой развязки. Внизу, где собрались оставшиеся защитники, семеро мальчишек и Ноткин, слышно ровное дыхание. Парни жадно и размеренно вдыхают носами воздух, которого не хватает от бешеного пульса, спирающего грудь, а вслед за ней - и всё тело, до самых кончиков.
Фугас, Гусар, Гордый, Грызун и Ноткин. Тюлень и Чёрный застыли у двери. Близ слухового окошка, сжимая в руке солидных размеров осколок кирпича, затаился Дергач. Дергачу повезло - вовремя не среагировал, пока с крыши лез, уже кончилась первая попытка отогнать сволоту.
"Похоже, дело к крови идёт... И где такие буйные взялись, ума не приложу!"
Разговор снаружи набирал обороты - в плохом смысле. Кто-то из бандюганов встал, прошуршал одеждой по жестяной двери. "Чего это он?.. Зачем? Думает, зашугал нас?"
Рука, сжимающая нож, наливается кровью, становясь словно из металла. Тоненькие вены набухают, но атаман держит оружие. Все жалобы вытеснены лишь одним: "Не сейчас."
"Вы только лишь пару секунд держитесь, Артемий Исидорович, а уж мы ждать не заставим..."
Струну нервов опять чуть было не порвала Мишка - кубарем скатившись вниз. Вслед за ней, кивая в подтверждение словам, слезал вниз Дергач.
- Что-о? - возмущённо протянул Фугас, - Уходят? Да не хлопнуло ли тебя по головушке чем, Михайла?
- Уходят они, зуб даю! Глаз даю! - ошеломлённо жестикулируя, Дергач указывал куда-то в сторону склада Грифа.
- Сука, они ещё за Хрипуна ответить должны! Ну-ка на..уй, с доро... - Фугасу вовремя зажали рот и схватили под руки Грызун, Чёрный и Тюлень - ещё секунда, и стальной прут был бы враз вынут из петель, а сам Фугас пулей вылетел бы наружу с арматурой наперевес.
- Спокуха, Фугас! Уходят так уходят, хрен с ними... - Ноткин вынул прут из петель. Выглянув наружу и заметив Бураха, отчаянно замахал рукой: сюда!.

Отредактировано Ноткин (2014-02-05 19:17:49)

0

98

Сработало. Меньше всего можно было этого ждать, даже надеяться не выходило, да что там - глазам было сложно поверить, когда здоровяки переглянулись, покивали друг другу, словно бы переговорились беззвучно, пошли...
Должок за мной, Гриф, признаю. Жизнь вырулит - еще сочтемся.
Было даже немного досадно. Или не так это называется, когда уже кулак сжимаешь, когда предчувствуешь удар, столкновение с живой плотью, когда сам решил и сам намерен причинить боль и смерть, а противник вдруг отходит, и где-то внутри темной пружиной скручивается несделанное. Одним касанием дело кончилось, и хотя так и дернуло на дерзость ударом все-таки ответить, слабость не признавать, но разум сумел сдержать его руку. В этот раз, как мрачно подсказывал внутренний голос, но сдержит ли дальше? Не оказаться бы и впрямь провицами тем, кто назвал его Потрошителем... До них, впрочем, дела ему было немного.
Проводив взглядом - черт, ну в самом же деле уходят! - незадачливых захватчиков, Бурах все-таки среагировал на уже пару раз повторившиеся оклики из Замка. Пора было узнать, во что обошлась беспризорникам эта осада.
Все-таки приятно было понимать, что и в самом деле, если бы пошло не так, бой бы он принимал не один. Добрый десяток недобрых парней, вооруженных арматурой, тяжелыми камнями, а кое-где и вполне натуральными ножами, мог бы существнным подспорьем стать, если всего на троих взрослых, да со спины. Целыми бы эти сволочи не ушли.
- Все живы? - вместо приветствия Бурах сразу перешел к делу, - А, не надо, уже вижу...
Трое. Бывает хуже, но реже. Один лежит, свернувшись в узел, у другого с ногой что-то, третий... ох, там совсем все плохо, бинты пропитаны кровью, а на лицо и смотреть страшно. Вытащить бы...
- Поставь дозорных, вдруг еще кто вернется. Это не окончательное перемирие. Пошли весточку Капелле, она себе места не находит от волнения. Расскажи, что именно случилось с этими, - кивнул на раненых. - И на всякий случай сразу организуйте кипяток и нитки с иголкой для вот этого, в бинтах.
Перед глазами почему-то вдруг все поплыло и заплясали черные точки, вдох вышел тяжелым и сиплым. Хорошо, что стоял, и хорошо, что успел договорить. Замолчал, вроде как к раненому присматриваясь...
Темное и гадкое внутри булькнуло, взорвалось тяжелым, липким пузырем, перевернулось на другой бок и с неохотой затихло.

+2

99

Избавителя встретили угрюмым возбужденным гулом. Ясное дело, было бы чему радоваться. Чувствовалось, что серьезнее на этот раз все, и надолго ли удалось страхолюдин этих отогнать – никто не знает. Бурах вот то же самое сказал, даром что уж он-то хоть какое-то соображение должен иметь, что это было-то вообще.
Хотя что тут гадать. Пожгли вчера грифово хозяйство – вот и получите. Стоило же бегать вчера с кастрюлей, коптиться там у них! Мишка даже обиделась немножко, рассудив, что к чему. Никто ж не пострадал вчера, она бы знала, так чего они? Людей резать… Ну вот зато теперь и с мальчишками все должно хорошо стать. Бурах этот новый – он ведь тоже как дед Исидор, наверно, и лечить сейчас будет. Мишка было оживилась, собралась местечко повыше занять, чтоб видно было, только как про иголки с нитками услыхала – тут-то интерес куда-то и испарился. Как-то это совсем уже не так занятно звучало…
- Я это… К Капелле я, рассказать… - пробормотала Мишка, пробираясь к выходу. Слышал Атаман, не слышал… его дело. А ей бы подышать.

0

100

- Сделаем, - атаман коротко кивнул головой, - Дергач, давай обратно. Смотри, что там вокруг, только осторожней давай... сиди где сидел, на небе не маячь. Дашка, Вика, поставьте чайник. Игла есть?
Игла нашлась у Гусара, таскавшего её с собой всегда, вколотую в подкладку куртки. Уже шестая заплатка на ней была поставлена именно с её помощью.
Даша извлекла из кармана на аккуратном, хоть и грязноватом сером передничке маленький моток чёрных ниток; что-то вспомнив, замешкалась, теребя соломенно-жёлтый локон, глядя на Бураха:
- Но тут ведь... специальные нитки нужны?
Атаман тем временем вовремя осадил Мишку, пытавшуюся пробраться к выходу:
- Куды? Обожди пока. Хочешь, на крыше посиди. А только сразу не пущу никуда, порежут ещё. Обожди минут двадцать, потом пойдёшь.
В тот же момент снаружи по жестяной двери постучали.
Рука детская, но стучит тревожно. Крепость затихла, хоть внутри явно никто не был в силах напрячься снова после пережитого ужаса. Только Гусар снова нацелил всё ещё заряженный обрез на дверь.
- Кто? - коротко спросил атаман.
- Атаман, открой! Это я, Кося!
Через две секунды дверь захлопнулась, арматурина снова крепко заперла дверь, и Ноткин крепко сжал уже уставшего бояться пацанёнка в искренне братских объятиях:
- Родной мой, всю Крепость спас! Так бы и сидели с раненым, а то бы и вовсе всех порезали...
Тем временем Дашка, взяв на себя роль юной медсестры, вдевала нить в ушко иглы, попутно рассказывая обо всех пострадавших Бураху:
- Ему нож в бедро метнули... Фугасу нос расквасили, он кровь остановить смог. У остальных - синяки, ушибы... заживёт.
Панибратски приобняв Косю за плечо, атаман лишь легко улыбнулся, глядя на Дашку. Даст судьба, станет это девчушка с длинными пшеничными локонами самым что ни на есть настоящим врачом, когда позврослеет. Будет заставлять капризных ровесников нынешних Двудушников есть горькие таблетки и пить горькие микстуры с чайных ложечек.
Но это - потом. Сейчас она - всего лишь девочка. Девочка, обладающая знаниями, которые не получила в полной мере от убитой бритвенником матери, и всё, на что она может рассчитывать - это на Двудушников, на ум и лидерство атамана и силу тех, кто защищает её и её подружек. И она будет делать всё, чтобы быть защищённой обозлёнными ребятами от мира, где ей после гибели матери искать особо нечего.
- Грызун! Поручение к тебе первое. Сгоняй в Сгусток, Капеллу навести. Передай от Ноткина, что всё в порядке, Бурах помог. Через Склады не иди, перелезай через забор и вокруг Станции обходи. Так пока безопаснее. Дергач, что там на горизонте?
Рука с оттопыренным большим пальцем - более, чем краткий ответ. Быстро выпустив Грызуна и проследив, чтобы тот без проблем перелез через забор, Ноткин снова запер дверь.

Отредактировано Ноткин (2014-02-19 00:25:03)

0


Вы здесь » Мор. Утопия » Южный район » "Замок" двоедушников