Мор. Утопия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мор. Утопия » Средний район » "Сгусток". Виктория Ольгимская-младшая


"Сгусток". Виктория Ольгимская-младшая

Сообщений 1 страница 50 из 92

1

Особняк семьи Ольгимских. Ольгимские — семья, живущая в особняке «Сгусток». В их обязанностях следить за экономикой. Им принадлежат заводы, склады и корпуса огромного серого Термитника. Влад Ольгимский — глава семьи — старается нигде не упустить собственной выгоды. Оттого-то, наверное, многие Ольгимских не любят, хотя они, безусловно, люди сильные, волевые и всегда стараются сдержать данное обещание. (Википедия)
В данной части особняка проживает младшая Виктория - дочь Светлой Хозяйки.
http://s5.uploads.ru/7tAPl.jpg

0

2

Была темнота.
Много чернильной, густой, осязаемой темноты.
Виктория пропускала её между пальцами, гладила, словно шерсть любимого пса. Ей нравились такие сны. Сны, в которых ничего не случалось. Сны, в которых был только безграничный покой. Сны, в которых понимание, что ты спишь, ничуть не мешает.
Тьма струилась вокруг, обвивалась гладкими, до ощущения атласа, щупальцами, завивалась фантазийными причудливыми узорами...
И что-то было не так. В ощущение тишины и спокойствия примешивалась тревога. Звенящая на самом краю сознания, тягучая долгая нота.
"Что-то не в порядке, - подумала Капелла и так и проснулась с этой мыслью. - Что-то не в порядке"
Уголок подушки проступал перед глазами словно нехотя. Из щели между занавесями сочился солнечный свет.
"Утро"
Сна не было уже ни в одном глазу, словно бы и не спала вовсе, а просто открыла и закрыла глаза.
Виктория села в постели, спустила ноги на пол. Зудящее беспокойство не оставляло её, подначивало "Скорее, вставай! Скорее!"
-Что-то случилось, - произнесла она, словно пробуя слова на вкус, и тотчас же поняла - правда. Что-то и правда пришло ночью, надвинулось на Город, словно тень. Обычный человек задавил бы глупое волнение в зародыше, но Капелла привыкла доверять предчувствиям.
Поднялась, раздвинула занавеси, пропуская в комнату свет неяркого уже, по-осеннему стылого, солнца. На минуту задержалась у окна, вглядываясь в знакомую до малейших черт улицу. Рыжие листья на мостовой, выцветшее прохладное небо. На вид ничего необычного. Но только на вид.
Босиком прошла к шкафу, распахнула тяжелые дверцы. Привычная одежда чуть ли не упала с вешалки прямо в руки.
Предчувствие торопило, предчувствие звало. Такое бывало и раньше, но настолько сильно и явственно - никогда.
Капелла вывернулась из ночной рубашки, даже не задумываясь, какой глупой показалась бы её спешка человеку со стороны. Задумалась, застегивая пуговицы на кофте, глядя словно вовнутрь себя - "Зло? Нет. Добро? Нет. Что-то меняется? Да. Что-то грядет? Да. Нужно спешить? Да". Вопросов "Что грядет" и "Куда спешить" она не задавала. Это было бесполезно, чутье безошибочно давало понять только "да" и "нет". Похоже было, когда по-настоящему отчаянно звал на помощь кто-то из детей. Когда, отравившись порошочком, чуть не умерла маленькая Пташка. Когда кто-то из воров отмахнулся от Черного из Двудушников так, что чуть не вышиб весь дух. Тогда её тоже подбрасывало на кровати, на стуле, во время обеда или за книгой. И тоже надо было бежать - не задумываясь до начала бега, не позволяя себе не успеть... Да, сил почти не было. Но чутье на беду было преотличное и оно било во все колокола.
Капелла накинула на шею шарф, привычно завязала шнурки на ботинках особым узлом и вышла за дверь, сунув за пазуху только бутылку воды. Мимоходом удивилась про себя тому, что ещё десять минут назад лежала в постели и видела такой привычный сон про темноту. Сейчас все было похоже на лихорадку.
Первая же прохожая девчонка была ею остановлена - поймана за рукав ловкими привычными пальцами.
-Что случилось?
И девочка ответила, совсем не удивившись выражению лица будущей Хозяйки и её странному вопросу - ведь весь Город с самого утра был словно вывернут наизнанку:
-Симон умер.
Капелла аккуратно разжала пальцы, сжатые на чужом рукаве, медленно опустила руку. Мир её отчетливо крякнул и дал трещину.
Симон был вечен и на этом стояло мироздание. Сколько бы отец не называл всё это "бреднями", сколько бы недоверчивого сарказма не источали враги Каиных... Симон был вечен, как сам Город, и не мог умереть.
Капелла аккуратно извлекла из-за пазухи бутылку, машинально отвинтила крышку и сделала глоток. Вода холодным водопадом прокатилась куда-то в желудок, отрезвляя, прогоняя изо рта разом воцарившуюся там сухость. Симон был вечен и это знали все. Но теперь Город полон слухами о смерти - ведь если бы это было не так, не ответила бы первая же девочка на вопрос именно так.
Отступившая было тревога снова толкнулась в сердце.
"Это не все новости? - спросила Капелла у самой себя и ответ пришел сразу же - Нет."
Это не всё, волнение  гонит вперед... Виктория подергала себя за прядку волос, словно бы прислушиваясь, и быстро зашагала к мостику через Жилку.
Предчувствие ясно подсказывало - туда. Именно там прошло то что-то, одно из сегодняшних новостей...
Чужое шло от Станции к Кожевенникам, потом куда-то ещё, но слушать след дальше не получалось и Капелла шла искать.
"Что-то начинается, что-то меняется, Город волнуется. К худо ли? к добру? Узнаем"

------->Студия Стаматиных

0

3

----------->Сквер

...Дверь скрипнула, пропуская Капеллу внутрь, в тишину и прохладу. Пахло книгами, твирью и молоком, запахи вечные, которые ничем не вытравить и не забить. Запахи дома. Сразу стало спокойнее. Лихорадочное волнение, гнавшее её всё утро с переменным успехом сошло на нет, остыло и растворилось в привычном полумраке.
Капелла расшнуровала ботинки и оставила их у двери. Распутала шарф и повесила его на спинку стула. Туда же отправился и пиджачок, а за ним - и полосатые чулки. Дома Капелла всегда ходила босиком. Набирая воду из фонтанчика в бутылку - мокрыми быстро оказались и руки, и рукава - Капелла позволила себе просто расслабиться. Она всегда считала это полезным - десяток минут ленивого думания ни о чем - и в голове проясняется, и что-то сходится, и иногда приходит понимание... Когда бутылка наполнилась - Капелла утвердила её на полу, у двери. Умылась сама, вымыла руки. Не вытирая их устроилась у стола. Тасовать факты просто так было тяжело - ей всегда проще было воспринимать картинки - и потому Капелла вытащила из ящика стола карты. Обычные, игральные карты. Такими хорошо перекидываться в "дурака" или "пьяницу". Другое дело, что картежников в Городе почти не было. У детей было много других, куда более интересных игр, а взрослые предпочитали шахматы или разговоры. Карты давным-давно привез Капелле отец - то ли не нашел, чем бы ещё порадовать дочь, то ли хотел просветить её, показав, что есть и такой способ времяпрепровождения. С тех пор карты так и лежали в ящике, и доставались очень редко - только когда другого занятия просто не находилось. Ну, или когда нужно было перетасовать факты, а рисовать самой было откровенно лень.
Перетасовав колоду, Капеллу наугад вытащила карту - бубновый туз. Покрутила её в пальцах, уложила на стол. "Эта у нас будет обозначать Симона". Следующей был туз червовый - "Эта - Исидора". Затем последовали три короля - бубни, черви и крести. "Старший Каин, папенька и Сабуров соответственно". Затем - три валета, в масть семей - "Бакалавр, Гаруспик и Клара. Клара, конечно, по всем признакам дама, но тогда нечем будет обозначить Катерину". Последними из колоды на стол перекочевали три дамы, обозначающие Хозяек.
Капелла осмотрела карты на столе - четыре группки, хаотично разбросанные по поверхности. Подумала и добавила пиковый туз - "То, что убило Исидора и Симона. Болезнь или человек, пока не важно". Оставшиеся карты она отодвинула на край, к книгам. Взяла в руки бубнового валета. Улыбнулась, представляя, как выглядит со стороны - несколько растрепанная, одна нога подтянута на стул, вторая свободно свешивается с него, карты на столе, как перед ведьмой или гадалкой. Сказала, предельно серьезно:
-Карта, а, карта? Что я о тебе знаю? - задумалась, вытряхивая из памяти всё, что слышала о столичном докторе. Ламинат в пальцах был прохладен и пах слабым, но специфическим запахом столичных типографий - Знаю, что зовут тебя Даниил Данковский, что присвоена тебе степень Бакалавра, что ты приехал из Столицы за чем-то, что можно получить только у Каиных. Что учился в университете, что знаешь братьев Стаматиных оттуда, что учился на врача, что расквартировался у Евы, что носишь плащ с чешуйками и кожаный саквояж. Знаю, что взгляд у тебя пристальный, пахнет от тебя лекарствами и железом, и что ты - сила Каиных.
Покружила карту в пальцах, вспоминая ещё что-нибудь. Не вспомнила. Отложила валета в сторону, потянулась за следующим, червовым. Игра была старой и простой. Помогала уложить факты в голове ровными рядами, упорядочить их. К тому же запоминать в привязке к картинкам было легче. "Теперь посмотрю на нужную карту - и быстро вспомню всё, что знаю о ней"
-Карта, а, карта? - обратилась она к червовому валету, призванному изображать Гаруспика - Что я о тебе знаю?..
Конечно, валет молчал. Сжимал в пальцах красную розу, улыбался и молчал. На Бураха он не был похож ни в малейшей степени, но Капеллу это не смущало. Она аккуратно уложила валета перед собой, потянулась к расческе.
-Знаю, что зовут тебя Артемий Бурах, что ты сын Исидора Бураха, что приехал в Город, получив письмо от отца, что учился на хирурга. - расческа легко двигалась, укладывая волосы более-менее аккуратно - Что ты из рода менху, что умеешь вскрывать живых по линиям, что умеешь убивать...
Больше всего Капелла напоминала гадалку, считывающую чужие судьбы по картам.
За окном ветер гонял желтые листья.

+1

4

[Письмо Капелле, подсунутое под дверь]

Снова здравствуй, Сестра.

Я торопился, да и тебя беспокоить не хотел. К тому же, не был уверен, что ты дома.
Я схожу до своего дома - нужно забрать кой-какие вещи, пока Черви, или ещё кто, не растащили. Запру и в общем-то вернусь. Но письмо написать было должно, ибо может вернуться Отец, а он может что-нибудь захотеть выяснить. Так вот - передай, если тебя не затруднит, и если ты на тот момент будешь прибывать в «Сгустке», что бы в отношении Термитника применял самые кардинальные меры, если там действительно что-то гиблое. Если же кто иной будет меня спрашивать да разыскивать, то пусть подождёт там, где ему вздумается. Даже если это будет Червь или Мясник.

С наилучшими пожеланиями
Младший Влад

Отредактировано Влад Ольгимский (мл.) (2011-08-27 23:45:08)

0

5

К концу игры факты в голове улеглись ровно и удобно, и стало легче справится с ворохом мыслей и вопросов. По крайней мере, лихорадочное возбуждение сменилось спокойным интересом. Капелла сложила карты единой колодой, убрала их в карман. По первому времени она собиралась использовать их, как подсказку - как человеку, ориентированному на информацию визуальную, ей было легче запомнить факты в привязке к картинке. Даже запись не дала бы такого эффекта, да и времени бы отняла больше.
Итак, она была сыта, причесана, более-менее восстановила картину мира, и была готова идти дальше. Шуршание подсовываемого под дверь письма застало её в момент задумчивости - она как раз пыталась сообразить, куда направиться дальше - к Ноткину ли, чьи ребята вполне могли что-то знать. К Ласке ли, на Кладбище которой пробудилась странная девочка-Клара, о которой фактов было меньше всех. К Мишке ли, послушать заговоры-загадки, спросить о том, что слышно по земле...
"Кто это может быть? Кому я нужна?"
Встала со стула, шагнула к двери. Письмо было коротким, и чтение заняло всего пару минут.
"А зайти степные духи не позволили, - вздохнула про себя. Никакие отношения с братом слегка напрягали. Ладно бы неприязнь или ненависть - это было бы понятно и исправляемо. Но обоюдный не-интерес?.. - Да ещё и с ошибками..."
Отца она встретить и не надеялась. Кого-то, кто может искать его или младшего - тем более. И потому сунула письмо в карман, к картам. В очередной раз удивилась привычке брата писать "Отец" и "Сестра" с большой буквы. Был ли в этом какой-то смысл, кроме банального уважения? Она не знала, и всё не могла собраться и спросить.
"Итак. Ноткин, Спичка, Ласка, Мишка... Пожалуй, Ласка. Она точно знает, тогда как остальные только могут знать. К тому же еды занесу..."
Носить дочке смотрителя еду давно было у неё привычкой. Ходить, напоминать о Городе, следить, поела ли, не забыла ли себя за шепотом мертвых... Привычно ловкими движениями завернула в бумагу кусок мяса, немного хлеба. Взяла бутылку молока. Она привыкла, что отец хоть и не одобряет её альтруизма, никогда не станет ограничивать её потребности. Будет покупать еду, никуда не денется...
"Да и на пользу это - с его-то состоянием делиться с неимущими. Даже почти против воли"
Вернула себе уличный вид она за пять минут. Запахнула пиджачок, завязала шнурки, повязала шарф... Взяла приготовленный сверток и выскользнула за дверь. Клара в колоде была самой неизвестной и таинственной картой. Интересно было узнать, откуда ей взяться на Кладбище, кто она или что, чем показалась чуткой, далекой от жизни, Ласке.
Тихонько затверживая повторяя про себя наговор от беды, Капелла заспешила к мостику через Жилку.

--------->Сторожка Ласки

Отредактировано Виктория Ольгимская мл. (2011-09-06 21:41:17)

0

6

------->Жилище Младшего Влада

Когда Капелла наконец добралась домой - было никак не меньше часа ночи. А вполне возможно, что и больше - ей не хотелось смотреть на часы и огорчаться. Заходить к отцу сил просто не было, равно как и разбираться в их отношениях с Таей - она и так бегала и говорила в этот день гораздо, гораздо больше, чем обычно, и потому изрядно вымоталась. К тому же записка осталась на полу, у двери, и, значит, Тая должна была понять, где её искать. А если что - то Капелла не обижалась, когда её будили посреди ночи. Только зевала, приглаживала волосы, и честно выслушивала все беды...
Разулась, привычно оставив ботинки у двери. Аккуратно повесила пиджачок на спинку стула, размотала шарф - шея сразу же показалась незащищенной и голой - походя поставила на плитку чайник. Есть хотелось, и хотелось очень, но идти в отцовское крыло, на кухню, готовить что-то приличное... Об этом и думать не хотелось. Потому Капелла решила обойтись своими запасами, благо, они были. Мясо, хлеб, овощи, плюс горячий чай. Должно было хватить.
Пока чайник грелся - Капелла ушла в душ. Чуть не уснула, прислонившись к стеночке, но вовремя очнулась, и выбралась наружу. Натянула ночнушку. Мысли у неё в голове плавали странными обрывками, среди которых ярче всего выделялись крыса в костюме и Марк Бессмертник с повязкой на глазах - видимо, самые яркие образы минувшего дня. Кроме того, мелькал уже сложившийся расклад сил - Самозванка - если не враг, то не друг точно. Такое иррациональное отторжение у Капеллы не вызывал почти никто, и она логично насторожилась. Бакалавр - пока просто знакомый. Воплощенная нейтральность. Скорее всего, ему нет дела до надвигающегося бедлама. Соберется и уедет... Если сможет, конечно. А он не сможет. Бурах - скорее всего, в будущем друг. Пока слишком мало общались, но приязнь возникла, просьба о защите была высказана, и если так будет и дальше...
Чайник свистел и надрывался, и Капелла выключила его привычным движением. Налила себе чай. Поздний ужин, близкий чуть ли не к завтраку, принес ей некоторое удовольствие - на самом деле, она редко бывала так голодна, как сейчас. Закончив, вымыла тарелку и чашку под холодной водой из фонтанчика, умылась напоследок, и забралась в постель. Дверь она, конечно, не стала закрывать - недобрых людей она не боялась, так как за свою короткую жизнь просто не сталкивалась с ними, а если придет кто знакомый - всё равно же стуком разбудит...
"Дальше будет только веселее, - вздохнула про себя, глядя на падающий из щелки между шторами тонкий лучик белого света - Дальше будет только..."
Она уснула раньше, чем успела завершить мысль, и снился ей будущий Город, расцвеченный цветами детей.

Отредактировано Виктория Ольгимская мл. (2012-01-05 17:56:24)

+1

7

>>> Молчащий Дом.

Ноткин оглянулся назад, где только что проходил. В течений всей дороги юного атамана не оставляло ощущение того, что за ним кто-то следит. И то было отнюдь не обычное чувство, которое неоднократно испытывал Ноткин, когда, стянув из магазина что-нибудь из снеди, возвращался в убежище - совесть, что называется, мучила; впрочем, проходило это быстро, когда жить хочешь, и не на такое пойдёшь. Было ощущение, что кто-то несуществующий высказывает ему немой укор. Не гнев, а именно укор. Действительно, чисто из любопытства, когда его жизни ничто не угрожало, раскокал окно, пусть даже в доме покойника... покойника?. "Это дед на меня так разворчался, поди" - думалось Ноткину. Пожалуй, он погорячился с выбиванием окна булыжником - "Нехорошо получилось."
Внимательнее приглядевшись на обе набережные Жилки и убедившись, что за ним никто не следует - да и следовать-то было особо некому, редкие люди не обращали на сорванца никакого внимания - Ноткин подошёл к ограде "Сгустка".
"А вдруг её дома нет?.. Хотя вряд ли, зачем это ей в такую рань из дома выходить? Разве что если попроведовать кого из подопечных..." - Ноткин был отнюдь не единственным, кто попал под покровительство Капеллы. Были десятки, если не сотни, других ребятишек, и у каждого из них, как и у Ноткина, были свои проблемы. Неудивительно, что Ноткин встречался с ней так редко.
Ладно. Нет - значит нет. Ноткин подошёл к двери, взялся за дверное кольцо, и постучал.

0

8

Сны всю ночь блуждали по комнате, шуршали над головой спящей Капеллы, разливались по потолку всеми цветами радуги, пахли травами, молоком, медом и железом. В них почти не было черных теней, не было крови или боли, словно в одну из последних спокойных ночей кто-то, отвечавший за сновидения, позволял будущей Хозяйке выспаться по-настоящему, на время забыв о всех треволнениях дня минувшего, и о всех возможных бедах дня предстоящего. И, как ни странно, за всю ночь никто так и не постучался в дверь, не разбудил с чем-то важным, Тая так и не пришла, ни у кого из малышей ничего не случилось...
Странно спокойная и тихая ночь. Словно затишье перед бурей.
Встала Капелла рано - всего через час после рассвета. Обычно она поднималась часов в десять, в одиннадцать, иногда спала до полудня, но сегодня был необычный день, и следовало быть свежей и бодрой на тот случай, если вдруг что-нибудь случится. А в том, что случится, она почти не сомневалась. На подходе эпидемия Песчанки, смерти, Город трясет, как в лихорадке, хорошо если ночью кого-нибудь не убили... Следовало быть готовой в любой момент подорваться. Да и сбор информации прекращать она не собиралась. Вчера это, вроде бы, удалось, к вечеру она была в курсе всего, и не хотелось, чтобы это изменилось.
Из тонкой щелки между занавесками просачивался серый тусклый свет - похоже, снаружи тучи затянули небо, вполне вероятно, накрапывал дождь, и Капелла поднялась, зевая, зажгла лампу под потолком, прогоняя заполнивший комнату стылый утренний сумрак. Чувствовала она себя на удивление неплохо после всего вчерашнего - разве что виски немного ломило, всё-таки она словила рекордное количество видений за рекордно короткий срок. Однако, против ожиданий, ломота прошла, после того, как она умылась холодной водой из фонтанчика, и всё стало вполне себе неплохо.
Ну, а дальше, всё по привычному распорядку - переодеться, сменив ночнушку на привычные юбку и блузу, разобрать волосы, спутавшиеся со сна, поставить чайник на плитку,закопаться в шкаф на предмет съестного... Привычные, повседневные заботы, но легкое беспокойство дергало изнутри - а вдруг что-то случилось? Вдруг что-то изменилось за ночь, а она ещё не знает?
"Паника - плохое чувство, - увещевала себя Капелла, заваривая чай - Если бы что-то произошло - меня бы известили..."
Но проблема была в том, что настоящей уверенности у неё не было. Дети - самые капризные и непредсказуемые существа на свете. Могли забыть, счесть недостойным её внимания, могли заняться своими делами, могли...
Стук в дверь принес облегчение. Капелла поднялась, оставляя на столе исходящий паром чай, открыла так и незапертую с ночи дверь. Улыбнулась, узнав пришедшего - как вовремя, однако, он счел нужным появиться! - отступила на шаг, пропуская атамана внутрь.
В последнее время они виделись нечасто, и сейчас она была рада появлению Ноткина. Очевидно, гордого атамана так же взволновали новости, и он решил посоветоваться.
"Отослал бы детей в Башню, - подумала про себя, зная, что вряд ли предложит такое - Хотя бы малышей..."
Вслух же спросила, уже отворачиваясь к столу:
-Позавтракаешь со мной? - и, вспомнив про правила вежливости, добавила - Кстати, доброе утро.

0

9

"А зачем ты, собственно, пришёл? Рассказывать-то особо и не о чем, ну, залез в дом деда... Хотя, рассказать кое-что нужно, всё-таки в твоих интересах это тоже..." - думал Ноткин, прислушиваясь к шагам за дверью.
На пороге появилась Капелла; увидев старого знакомого, она одарила его доброй, лучезарной, чуть ли не материнской улыбкой и пропустила внутрь. Атаман невольно, даже не заметив того для себя, улыбнулся в ответ. На предложение позавтракать вместе Ноткин пожал плечами:
- Если тебе не накладно, то да. Так-то, если бы у меня было что-нибудь с собой...
Пройдя внутрь и закрыв за собой дверь, Ноткин вздохнул спокойно. Всё позади - и дом этот страшный, и крысы, напавшие на тебя... чудом ведь уцелел! Интересно вот, что Капелла по этому поводу думает...
- Я сегодня у дома деда был. - Ноткин испытывал по отношению к Исидору чувство преклонения, ведь далеко не все его знания, как бы старший Бурах ни пытался их объяснить атаману - всё равно не усвоились. Скажем, почему твирь бывает разных видов, а твирин готовят только одного вида, (если не считать того запрещённого чёрного твирина, бутылка которого, кстати, всё ещё была недопита и ждала своего часа в обители Двудушников)? А почему кровавая твирь вырастает только на месте, где было совершено убийство? А почему людей нельзя ножами вспарывать, а животину какую-нибудь можно? Дедушка, а почему вы так нервничаете? Вы устали? Ой, извините, пожалуйста, я тоже домой пойду, меня в Замке заждались...
Вот так по большей части и проходили визиты Ноткина к деду - в один день у Ноткина появлялись вопросы, с которыми он приходил к деду. Вопросы были по большей части связаны со степью - собиратели, Уклад, травы, настои. Исидор же рассказывал Ноткину всё, что тот хотел знать - как-никак, а это была его работа, работа знахаря рода менху. Много чего Ноткин не понимал, и это непонятное он откладывал в долгий ящик, чтобы разъяснить что да как у деда потом.
- Там вообще бесовщина творится полная...

Отредактировано Ноткин (2012-01-24 23:53:13)

0

10

Налить чая во вторую чашку - подумать только, когда-то у неё был всего один стакан, тот, из которого она пила сама! - снова закопаться в шкаф за продуктами. Такая уж была у Капеллы привычка - разговаривать за чаем, если получается, и подкармливать соратников, если выходит. Пусть и понаслышке, но она прекрасно знала, как порой тяжело у детей Города с пропитанием, и всегда старалась что-то сделать с этим неприятным фактом. То носила провиант, то у себя кормила... Сейчас же к общей привычке добавилось нежелание завтракать в одиночестве. В конце концов, это было бы просто невежливо.
-Ерунда, - усмехнулась на фразу про накладность, выуживая с нижней полки старую закопченную сковороду. Сейчас ей сложно было представить, что когда-то она каждый раз бегала в другое крыло, и у себя держала только сласти. Привычки изменились, когда изменилась жизнь. Ребятишек не проведешь мимо отца, бегать из крыла в крыло с горячим глупо, и довольно быстро образовался у неё запас всяческого провианта и посуды, вкупе с плиткой, привезенной отцом давным-давно для её удобства. "Целый штаб, - смеялась она порой про себя... И в чем-то это было справедливо.
Сковорода сменила чайник на единственной конфорке. Капелла ловко плеснула на неё масла, обернулась к Ноткину, дожидаясь, пока сковорода прогреется. Сама она обычно завтракала менее плотно - ну, стакан чая с бутербродом, ну, тарелка каши - но сейчас у неё случился обычный благородный порыв, и в планах была яичница. Почему бы и нет, в самом деле... Тем более, что вчера сама она питалась через пень-колоду, а атаман Двоедушников впечатление сытого человека производил исчезающе редко.
-Расскажи, - то ли попросила, то ли потребовала. "Бесовщина" здорово царапнуло слух, вызвало вспышку тревоги. Что такого могло случится у дома Исидора, что прорвалось именно такое слово, вкупе с досадой и чем-то нечитаемым?.. А заодно с тревогой пришло и удовлетворение. Что-то вроде "Я знала, что ничего уже не будет спокойно".
Масло потихоньку начинало скворчать, и Капелла обернулась, аккуратно опустила в него пару полосок вяленого мяса, разбила три яйца. Они, кстати, были последними, и следовало сегодня-завтра пополнить запас...
Спиной она всячески пыталась выразить молчаливое ожидание.

0

11

Атаман вздохнул, думая, с чего начать. Похоже, что словечко "бесовщина", было подобрано как раз в цель, вот только Капелла слишком затревожилась.
- Ммм... с чего начать-то... плесень видела когда-нибудь? Думаю, да. Так вот, что-то вроде плесени... красно-бурого такого цвета, ею стены дома покрыты. На вид даже такая мерзость, ты и не представляешь!
"Сдаётся мне, вообще не к столу разговор получится" - подумал Ноткин.
- Вчера один из моих Двудушников... парнишка довольно надёжный, ты его, наверное, не знаешь, Гусаром кличут... так он вместе со Спичкой в этот дом залазил. Я попробовал было забраться сам, сегодня уже, но дверь была заперта. Ну... я, короче, камнем окно выбил, залез внутрь, а там крысы, четыре вот таких тварюги напало, а так, в глубине дома и под полом ещё шуршали. Я сразу схоронился, на стол залез, мне ведь дед рассказывал, что они могут болезни разные переносить... Ну, в общем, цел, как видишь, - О том, что двух крыс пришлось заколоть, Ноткин умолчал - просто сам себе приказал не рассказывать про это в тот момент, когда по комнате расползался аппетитный запах жарящейся яичницы с мясом.
- Я к чему клоню-то всё это... тебе никто ничего подобного не рассказывал? - Атаман поспешил перевести тему, столь неприятную для вкусного и аппетитного завтрака.- И, это... я так и не понял, правда ли, что Симон Каин... ну, того, умер? Про Исидора мне вчера Сабуров рассказал, он говорил, что Исидора его сын собственный заколол. В общем... бесовщина, ничего понять не могу. В сказку попал как будто - тут тебе и слухи всяческие, и плесень на домах красная, причём так внезапно всё это... - Атаман замолчал, задумчиво простукивая пальцами по столу мелкую дробь.

0

12

"Красная плесень... Чумные крысы... Чем дальше, тем страшней"
Замерла, склонив голову и тупо разглядывая пошедшую пузырями яичницу. Вот теперь её пробрало по-настоящему - не так как вчера, когда всё было только в теории, когда только слова да легкое давление на виски свидетельствовало приближающейся эпидемии - а до глубины души. После ночи добрых снов вчерашнее могло и показалось немного нереальным. Сейчас это прошло. Словно ушат ледяной воды за шиворот вылили.
"Красная плесень - значит, точно Песчанка. В Первую Вспышку все дома в Кожевенным такой затянуты были. Крысы - они и есть крысы, верные спутники чумы... Господи, ну какой же дурак!.. И Исидор точно от Грязи..."
Мысли были бессистемны и беспорядочны, простейшая информация, уложившаяся в пару предложений, великолепно подтверждала вчерашние знания, и Капелла задумалась, одновременно прикидывая, что, похоже, они с Юлией были правы, решив, что и Симона и Исидора убила одна болезнь, и злясь на Ноткина за дурацкое безрассудство - полезть в зараженный дом, это же совсем без разума надо быть! Вывел её из оцепенения легкий привкус дыма - яичница начинала подгорать, лишенная внимания хозяйки - и пришлось, шипя сквозь зубы, сдергивать сковородку с плиты, спешно отскабливать кушание на тарелки и вообще отвлечься от мыслей о судьбах мира.
Вскоре сковородка уже отправилась в шкаф, на полку, на столе как по волшебству появились хлеб и солонка, и Капелла приглашающе махнула рукой - мол, садись, приятного аппетита. Сама она, забрав свою тарелку, устроилась на кровати. Аппетит  у неё в какой-то мере был отбит, и потому она начала отвечать, не притрагиваясь к еде.
-Симон - умер, - новость уже не вызывала никакого отклика, слишком часто повторялась она вчера, слишком легко уже ложилась на язык. Смысл почти и не осознавался уже - Исидор - тоже мертв, только его не сын заколол... - вспомнился младший Бурах, его испятнанная кровью одежда, упрямый взгляд, и Капелла даже немного улыбнулась. Это воспоминание было приятно - Сына зовут Артемий. Он приехал вчера рано утром из Столицы, и никак не мог успеть - Исидор-то преставился ещё ночью. - и, немного поколебавшись, добавила - Он нам друг. Я ещё не знаю, почему, но... - неопределенный жест сопроводил эти слова. Мало кому, кроме Ноткина и некоторых других детей, она могла бы такое сказать. Вернее, сказать могла бы. Надеяться на безоговорочное понимание и доверие - нет - А крысы и красная плесень - это признак Песчанки. Грядет эпидемия - ты ещё не знаешь?..
Яичница уже начинала остывать и, выговорившись, Капелла всё-таки потыкала её вилкой. Отправила кусочек в рот. Забавно, но почти не чувствовалось, что несчастная глазунья чуть не сгорела.
"Хорошенькие новости для завтрака всё-таки..."

0

13

На некоторое время комнату охватило молчание. Капелла стояла у конфорки, понурив голову, а атаман же смотрел ей в затылок, и терпеливо выжидал. Постепенно атамана охватила тревога - а ну никак опять "омут" у неё будет? Не знал Ноткин, что это такое, даром всевидения не обладал, но довольно неприятно это, по слухам. Тем временем уже начинал подгорать завтрак. Капелла, внезапно очнувшись, резко сняла сковородку и, отшкрябав небольшой лопаткой пригоревшую яичницу, разделила на двоих и положила на тарелки. А Ноткин за рассказом ещё и не заметил, как рядом появилась вторая чашка чая. Рядом с тарелкой Капелла поставила хлеб и солонку, и, сделав приглашающий жест, забрала свою тарелку и уселась на свою кровать. Ангел искренней доброты и заботы, что почти всегда сопровождал её, поник крыльями, и Виктория с совершенно подавленным видом смотрела куда-то мимо атамана. Ноткин не спускал с неё глаз - отвлёкся лишь для того, чтобы отделить вилкой кусок яичницы и съесть его - и ему показалось, что Капелла охвачена горем, и немножко... страхом.
- Симон - умер, - Да. То же самое Ноткин слышал вчера от её разъярённого отца. "Значит, правда... А вот про деда интересно... Действительно, если Капелле верить, то Артемий этот батьку своего прирезать не мог элементарно по времени... а народ не верит... дурачьё!" - В раздумьях атаман отправил в рот ещё один кусок яичницы и закусил куском хлеба.
- Друг? А с чего это? Я, конечно, знаю, что Исидор был под покровительством вашей семьи, да и дружить с таким не откажусь ни за что... тут дело в том, как это получилось? - Так и не услышав внятного ответа, атаман замолчал.
"Песчанка... Постойте-ка... это, случаем, не та болезнь, что пять лет назад родителей скосила? О, нет... надо срочно что-то делать!" - Теперь Ноткин понимал, почему Капелла так резко упала духом. Это же... он, стало быть, час назад самой смерти в пасть залез! Ну и ну... да ещё и выбрался невредимым! "Дурень ты, Ноткин! Дурень!.. Виктория, Хозяйка моя, ну прости ты меня, по дурости сунулся..." - Ноткин встал из-за стола, подошёл к Капелле и положил руки ей на плечи, глядя ей в глаза и молча прося прощения.
- Кажется мне, ты чем-то обеспокоена, знаю, что я виноват...

Отредактировано Ноткин (2012-01-25 15:30:47)

0

14

"Чем-то! Боже мой, чем-то! - горло сжал болезненный спазм, дрогнули руки. А в голове уже билось неотступное - сейчас всё обошлось, сейчас он живой, по-мальчишески безрассуден и даже просит прощения. Но это сейчас, а сколько ещё будет таких вот случаев, когда по глупости ли, нечаянно ли, по отсутствию информации или из дурной храбрости люди будут касаться смерти? И сколько будет случаев, когда не смогут уйти? Всё только начинается, это только первый испуг, а у неё ведь дети, пускай - ничьи, беспризорыши, вольные бродяги - но всё-таки дети и всё-таки - у неё...
Пришлось мысленно отвесить себе пощечину и выдохнуть, успокаиваясь. В конце концов, сейчас ещё ничего не случилось. И надежда оставалась всегда, и смерть - лишь часть круга. Слишком рано устраивать панику и истерику. Этим никого не спасешь, и никому этим не поможешь.
...Да, брать себя в руки Капелла умела просто замечательно. Особенно если ничего страшного не происходило.
-Ты не виноват, - сказала искренне. И вправду, не был Ноткин виноват в том, что ему вовремя не принесли слух о болезни, не сказали о том, что значит красная плесень. Вот если бы он знал, и всё равно полез в зараженный дом - тогда Капелла наверняка оторвала бы ему голову и ничуть не мучилась бы за это совестью. - Виновата болезнь, убившая врача и демиурга. Виноваты власти, которые устроят грызню, вместо того, чтобы что-то сделать... Устрой так, чтобы все дети знали, что значит красная плесень, и почему не стоит к ней прикасаться, хорошо?
Это была такая просьба, с которой лучше всего было обратиться именно к Ноткину и ни к кому другому. Двоедушники - это сила. Узнают они и грядущих бедах - пойдут слухи и среди домашней детворы, и независимых бродяг, а значит, хоть кто-то, быть может, остережется лезть в пасть смерти, кто-то, может быть, обойдет зараженный квартал стороной.  Пожалуй, это было всё, что могла сделать Капелла в сложившейся ситуации. Ну, а ещё, может быть, пойти к отцу с просьбой быть благоразумным и не устраивать борьбу за власть, навестить Марию, попросить, чтобы обратилась с похожей просьбой к Виктору... Не Хозяйки ещё, конечно. Но всё-таки дочери правителей...
...Она мягко коснулась волос Ноткина, просто желая показать, что на него-то точно не сердится, а потом отстранить от себя, но видение, как всегда, пришло нежданно и незаметно, накрыло с головой.
"Дым сигареты, темное небо, металлический блеск в мужских пальцах, чья-то ухмылка, горечь степных трав, "А Грифу и не скажем, а даже и..." - мгновение выдоха, серебро взгляда - Красная плесень в Крепости, гниль, гниль, гниль, боль и алое марево, холод дождя, вечер, сухие руки и глаза, полубезумный взгляд..."
Тарелка с яичницей тихо выскользнула из разжавшихся пальцев.

0

15

---> Вагончик Мишки

На улицах было пусто и промозгло. Вчерашнее тревожное гудение не успокоилось, но как будто затаилось в домах. Вчера никого невозможно было застать дома, Мишка носилась от одной запертой двери к другой, как в страшном сне, а в промежутках на глаза попадались одинаковые растерянные и испуганные лица. И страшные, невозможные слухи…
Потом случайно услышанные то тут, то там слова сплелись с голосами трав, и стало ясно, что все непоправимо ужасно.
Свернув в калитку, Мишка замедлила шаг: а ну как не закончился вчерашний кошмар? Стук маленького кулачка по тяжелой двери прозвучал неуверенно и жалко.
Спустя несколько гулких ударов сердца дверь распахнулась, и Мишку окутал теплый, вкусно пахнущий воздух Капеллиного жилища.
Судя по лицу Капеллы, вид у Мишки был очень жалобный.
- У деда Исидора есть наследник, - с порога заявила девочка. И попросила: - Расскажи мне про него!
Потом только она заметила, что за спиной хозяйки на полу скрючился Атаман: он собирал осколки тарелки, перемазанные ярким желтком.

Отредактировано Мишка (2012-01-25 16:37:12)

0

16

- Ты не виноват, - Даже несмотря на эту фразу, Ноткина всё равно не покидало чувство вины. Казалось, что Виктория простила его лишь на словах. "Всё равно рисковал, а Капелла ведь заботится о тебе и таких же, как ты, и кого она осуждала бы, даже если бы ты там подхватил песчанку? Себя, ясное дело, пусть даже в этом нет её вины!.." - Сердце атамана забилось с бешеной быстротой. Риск... пусть даже атаман себя особо не жалел, но Капеллу-то... Капеллу... Почти всегда, когда атаман попадал в довольно непростые ситуации, он сохранял спокойствие и бодрость духа, но когда об этом узнавала Капелла, невольно осознавал, что мог пострадать. Да, пускай и не получил укус, пусть и не подцепил болезнь, а ведь мог, мог!.. Теперь, когда на него глядели печальные глаза Капеллы, Ноткин не знал, куда себя деть, и был готов выполнить любую её просьбу, лишь бы сгладить свою вину.
- Да, я непременно скажу своим об этом... каждому встречному ребёнку буду втолковывать, чтобы в Кожевники не лез и к этой дряни не прикасался, ты только прости, что тебя так волноваться заставил. Сам в шоке от того, что эта болезнь вернулась, веришь, нет...
Атаман почувствовал, как пальцы Капеллы мягко, спокойно прошли по голове. Потом глаза Хозяйки расширились, а зрачки сузились; судороги охватили её тело; из рук упала тарелка с яичницей. Пытаясь поймать её, атаман отпустил плечи Виктории, но ничего не получилось; сначала нагнулся, чтобы собрать осколки, потом...
"Омут! Помочь ей надо!" - А как? Ноткин в растерянности собирал осколки, пока его не осенило. Оставив осколки, метнулся к столу, залпом выпил немного остывший чай, и быстро наполнил пустую чашку водой из фонтанчика. Стараясь не расплескать, подошёл к бессильно сидевшей на кровати Капелле и протянул чашку ей, взглядом спрашивая: с тобой всё хорошо?

Отредактировано Ноткин (2012-01-25 22:44:55)

0

17

-Этого не будет, - выдохнула Капелла, постепенно приходя в себя. Незримая тяжелая сила, сжимавшая виски, отпрянула, и только где-то глубоко внутри остался комок ледяного страха. "Красная плесень в Крепости Двоедушников. Красная плесень..."
-Этого не будет, - повторила она уже тверже, мотнула головой. Дышала она тяжело, загнанно, словно только что вынырнула из-под воды. Никогда раньше у неё не было настолько тяжелых видений, и никогда ещё она с такой яростью не отрицала увиденное.
"В конце концов, я ошибаюсь... Я часто ошибаюсь! А этого - не будет, потому что просто не может быть"
В увиденное верить не хотелось до скрежета зубовного. Ведь стоны умирающих над Крепостью - детские, и сухие безумные глаза -  на знакомом лице, и слишком это страшно, чтобы примирится, и этогопростонеможетбытьнеможетнеможет...
Только открыв, наконец, глаза, и увидев обеспокоенного Ноткина, Капелла осознала, насколько перепугала бесстрашного атамана.
-Я в порядке, - почти не покривила душой она, с благодарностью принимая воду. Сейчас ей нужно было смыть привкус гнили с языка, растворить безымянный ужас, забить его поглубже и вспомнить, наконец, что ещё ничего не случилось. Что Ноткин - вот он, живой и настоящий, и что её задача - сделать так, чтобы видение никогда не стало реальностью. Пусть так и остается провидческим бредом, одной из ошибок, свидетельством юности и неумения. Чем угодно, только не сбывшимся настоящим. - Сегодня-завтра будь осторожнее с бандитами. Не зли Грифа... А то ведь придется мне идти выручать, - слабо улыбнулась, обозначая шутку. Первая часть видения на фоне второй совершенно не испугала её. Подумаешь, бритвы. От Песчанки нет спасения, а на бандитов управа найдется, в первый раз что ли. - И извини, что напугала.
Она и правда ощущала себя немного виноватой, хоть и не могла ничего изменить. Слишком уж испуганное было лицо у атамана гордых сирот, который бесстрашно лез порой чуть ли не к волку в пасть.
Стук в дверь совершенно не удивил её - "Похоже, день такой. Все жаждут узнать новости и спросить совета" - и тут же прикинула - "Может, стоит послать гонца Хану?". Впрочем, идея была признана не выдерживающий здоровой критики - что за дело коменданту Снежной Крепости до всего этого безумия в Городе? Ему не интересно... Смешно подумать - когда-то они были друзьями.
У Мишки, топчущейся на пороге, был донельзя растрепанный и расстроенный вид. А уж вопрос её и вовсе вызвал у Капеллы улыбку - такой целеустремленный и настойчивый он был.
-Его зовут Артемий, - в тон, не здороваясь, ответила она с ходу, пропуская гостью внутрь и снова закрывая дверь - У него серые глаза, светлые волосы, он очень упрямый, по-моему, добрый. Учился на хирурга в Университете, а у нас станет менху, как его отец.
Вопросов она пока не задавала - знала, что Мишка ответит на всё сама - только кивнула Ноткину на недоеденный завтрак - доедай, мол - и снова водрузила чайник на плитку. Просто так, по привычке.

Отредактировано Виктория Ольгимская мл. (2012-01-25 17:19:06)

0

18

Светлые волосы, да…
Прочего Мишка в предрассветных сумерках да издалека разглядеть не могла, но, по крайней мере, путаницы здесь никакой не было. Шепот Степи не всегда был ясно различим, бывало и так, что неправильно сплетались голоса, и Мишка видела связь там, где ее не было на самом деле. Но только не сейчас.
Она стянула с головы шарф и присела на краешек стула.
- Куколка говорит… его нужно беречь. Я не сразу поняла, но сегодня пришел этот Бессмертник, и у меня прояснилось… Он очень важен. Почти так же, как дед Исидор. И без него все погибнет.
Травы говорили об этом с самого его появления. И, как часто бывало, недоставало ключиков, чтобы тайный язык сложился в понятные образы. Оставалось надеяться, что ключики на этот раз она получила не слишком поздно.
Капелла сказала бы, если бы он не выжил, теперь можно выдохнуть. И попытаться понять все остальное.
И что теперь делать.
- Почему говорят, что он кого-то убил? Он сильно ранен?
Атаман тоже времени вчера не терял, по всему судя, и ему было что порассказать. Он с аппетитом уписывал яичницу, и Мишка вспомнила, что со вчерашнего дня не ела и даже воды не пила с этим ужасом. Скорее всего, остальным пришлось не легче.
Теперь Мишка разглядела, какой бледной была Капелла. Даже губы побелели. Она вскочила и тревожно посмотрела ей в лицо
- Ой… Ты здорова? Я не вовремя?..

Отредактировано Мишка (2012-01-25 20:55:37)

0

19

Вернувшись к завтраку и оставив Викторию и Мишку наедине, Ноткин внимательно прислушался к тому, что рассказывала Капелла. Описание внешности мало его заинтресовало, а вот то, что он - наследник Исидора, да ещё и в столичном университете хирургию изучал... "Вкупе со знаниями линий далеко пойдёт ведь! Исидор и здесь преуспел... И всё-таки, золотой человек был!.." - думал Ноткин, пережёвывая глазунью. Вот так почти всегда - только когда человек уходит из твоей жизни, тогда и задумываешься о том, какой да сякой он был, плохой - хороший, злой - добрый, глупый - умный.
- Мишка, ты, того... голодна наверное, доесть не желаешь? - Исключительно из благих побуждений атаман предложил девочке доесть глазунью. Почти всегда, стоило Ноткину обратить внимание на её худобу при таком низеньком росте (хотя сам по комплекции был не мёд), как невольно он жалел сиротку и привечал в Замке Двудушников, даже не скупясь давать немного снеди, чтобы покушала там, у себя в вагончике.
"Интересно, сообщить ли Мишке о том, что нам грозит? С одной стороны да, осторожность не помешает... А с другой... м-да, Мишка ведь совсем маленькой была, когда Первая Вспышка бабахнула, может, она уже и не помнит этого... Нет, Капелла сама ей всё расскажет. Так будет лучше." - Атаман поискал глазами, во что можно налить воды. Потом, пересев на соседний стул, решил собраться с мыслями, изредка прислушиваясь к их разговору.
"Так, Двудушникам моим в голову вбить нужно, чтобы в Кожевенный не совались... и чтобы к кровавой плесени даже не прикасались. С ребятишками помельче... надо бы с Капеллой посоветоваться, куда их деть. Время-то недетское предстоит. Ещё Капелла насчёт Грифа сказала... ну, если Гриф первый полезет, то нехай не обижается", - Ноткин улыбнулся, когда один из парнишек, Плотником кличут, продемонстрировал ему небольшой самопальный... ну да, что-то вроде арбалета. Принцип действия, по крайней мере, тот же. Родители у Плотника сами небольшую мастерскую держали, ну и Плотник пошёл, что называется, по отцовским стопам - сначала резьбой по дереву баловался, потом, согласно правилу "от простого - к сложному" механизмы начал мастерить. Его тогда аплодисментами закидали за арбалет этот, чуть ли не подрались друг с другом. В качестве снарядов болты использовались, какие обычно в диваны вкручивают. Фанеру не пробивал, но треснуть, или, скажем, на две части расколоться последняя могла. Вот этими-то самопалами они и собрались молодчикам Грифа мозги вправлять.

Отредактировано Ноткин (2012-01-25 21:23:56)

0

20

-Я знаю, - просто ответила Капелла, заваривая степной чай в ещё одной чашке. Она тоже чувствовала важность наследника Исидора, билось в висках безотчетное "друг", и сейчас она только кивнула, услышав, что и Мишке её голоса шепчут то же самое. Это было хорошо и правильно, кроме того, мишкиному чутью младшая Ольгимская верила порою больше, чем своему собственному.
"Если и ласкины мертвецы заговорят о нем, я даже и не удивлюсь, - вздохнула она про себя, вручая Мишке большую чашку чая. Одновременно она думала сразу о нескольких вещах - о том, что следует встретиться с Бурахом ещё раз - в конце концов, вряд ли мимолетная встреча в парке так уж врезалась ему в память - о том, что яиц больше нет и что, наверное, стоит отдать несчастную, спасенную Ноткиным глазунью - в конце концов, она её только вяло потыкала вилкой, не больше - о том, что и Марк Бессмертник, похоже, растревожился, если уж счел нужным пойти за информацией к детям, о том, что у неё со всеми этими заботами аппетит уже совсем пропал, и о том, что же отвечать на мишкин вопрос.
-По двум причинам, - наконец, сформировала она слова - Во-первых, вчера не очень умные люди решили, что он убил Исидора, а заодно и Симона, - "Бедный Каин, как же его имя истрепалось всего за один день" - А во-вторых, потому, что на Станции завязалась потасовка, и он убил кого-то из нападавших.
Пожала плечами, зная, что никого из присутствующих это не испугает и не отвратит - к смерти дети Города относились замечательно легко, к тому же у Бураха железное оправдание - он оборонялся. Руки её тем временем привычно поставили на стол тарелку с почти нетронутой яичницей, отломили кусок хлеба.
-А ранили его не сильно, - сказала, доставая из шкафа несколько конфет из практически бесконечного запаса. Парочку положила перед Мишкой, рядом с импровизированным завтраком, парочку всунула Ноткину. одной захрустела сама - Вчера он держался на ногах полный день, кровь на одежде была больше чужая... Пока с ним всё в порядке.
От конфеты ей стало совсем хорошо - по крайней мере, гниль сменилась мятой, а это уже было очень много.
-Просто видела нехорошее, - отмахнулась от мишкиного порыва. Она предполагала, что выглядеть может не лучшем образом, но уж падать и помирать точно не собиралась - Всё со мной хорошо. А ты садись и ешь.
Её собственный чай уже давно и безнадежно остыл.

0

21

В доме Капеллы Мишка от еды не отказывалась. И так уже стольким была обязана, что лишний бутерброд погоды не делал. Благородный Атаман предложил свою тарелку, но у Виктории кусок был больше. Мишка села за стол и взялась за вилку, потом спохватилась и сбегала помыть руки.
Значит, у Капеллы случился «омут»… Страшно, должно быть: идешь себе по улице, а то и бежишь, и вдруг раз – и как будто не здесь, и сделать с этим ничего не можешь, и даже подготовиться не успеваешь. Хорошо что Атаман был рядом.
Сама она так привыкла к шепоту Степи, что порой переставала его замечать. Только когда случалось что-то важное, голос звучал настойчивей и звонче. Вот как вчера.
И все же хорошо, что сын деда Исидора ничего плохого не совершил. Мишка знала, что иногда хорошие люди делают не очень хорошие вещи, но от менху столько зависело, что каждый его поступок мог отразиться на всем сразу. Дед Исидор никогда не говорил об этой тяжести, но иногда она делала его совсем старым. Захочет ли ее этот Артемий? И что им останется, если он не захочет?..
Мишка дочиста подобрала хлебом остатки желтка, дождалась, пока доест Ноткин и только тогда тихо спросила:
- А что порождение Суок? Оно уже здесь?
Как всегда. Слухи и дурацкие подозрения больше всего шуму наделали, а о самом главном – только шепотом.
- Дед Исидор… Он знал, наверно. Мы с Лаской хотели подойти к нему вчера ночью, а он…
Мишка застыла, словно сбившись в тугой комок. Говорить стало больно.

0

22

- Дед Исидор… Он знал, наверно. Мы с Лаской хотели подойти к нему вчера ночью, а он…
- Так ты Деда этой ночью видела, когда его скопытили!? - Ноткина из размышлений вырвал тихий голосок Мишки, и он, опасаясь того, что что-то упустит из её рассказа, ошеломлённо перебил её. Тут же поняв, что наделал шуму, смутился и пробормотал:
- Ой... извините, напугал поди...
"Вот те на, а я в домину эту полез. Ха! Мишка-то, она знала всё!.. Да-а, дурак - это не лечится. С самого начала как эта заваруха началась, к ней надо было обращаться!.. Ну и ну, слухами земля, конечно, полнится, но не так быстро же... пёс его знает!" - Атаман, доедая яичницу, краем уха слушал, что же она расскажет дальше.

0

23

"Порождение Суок?.. - хотела было удивиться, но вместо этого только глотнула ещё чая. Что-то древнее, древнее разума, древнее даже хозяйской силы, в ней знало, кого можно так назвать. Может быть, то говорила кровь - чуткая темная кровь степняков, пришедшая от отца, от деда, от всех тех мужчин и женщин, которые никогда не покидали маленького Города в Степи, которые верили в самые странные легенды, жгли костры и складывали предания, для которых Суок - тогда, неизмеримое множество лет назад, была так же ощутима и зрима, как для неё самой - живой Город.
Капелла одним глотком допила чай, поднялась. "Обо всем самом важном - шепотом, - усмехнулась она, скрещивая руки на груди. Страхом повеяло от шелеста мишкиного голоса - наверное, так на заре времен говорили о злых божествах, когда не было способной защитить от них силы, когда весь мир держался только на доброй воле многих богов. Суеверный ужас...
-Её зовут Кларой, - ответила она. Не шепотом, словно желая успокоить и показать, что сама она не боится называть по имени дочку Сабуровых и не опасается накликать беду - Ещё - Самозванкой. Вчера утром она вылезла из земли на Кладбище... Говорят, Сабуровы назвали её дочерью, и ещё говорят, что на самом деле их двое. - и добавила задумчиво, потянувшись к чайнику - Вот только я видела пока только одну.
Вспомнились распростертые над умирающим руки, вспомнилась тяжелая сила, давящая на хребет, и ещё - иррациональное безотчетная неприязнь. Желание никогда больше не видеть.
-Ещё она умеет исцелять, но как-то странно. - неопределенный жест, полный беспомощной невозможности выразить эту странность словами. Что-то было неправильное, что-то было не так, но Капелла не могла понять что.
Замолчала, грея руки о свеженаполненную чашку.
-Мы с Лаской хотели подойти к нему вчера ночью, а он…
Она не успела задать уточняющий вопрос - Ноткин уже справился с этим за неё. Слишком громко, правда, и тут же извинившись, но по сути он спросил точно. Вот только Мишке, похоже, было тяжело ответить.
Капелла отставила чай. Присела на корточки перед девочкой. В таком положении она оказалась ниже сидящей на стуле Мишки, снизу вверх заглянула ей в глаза, немного неловким движением взяла её ладошки в свои. Как бы не были чутки дети Города, как бы они не были сильны, они всё равно оставались детьми. Способными испугаться сущей мелочи, суеверными, иногда болтливыми, верящими в сотню сказок... И, конечно, их нужно было утешать. Делить испуг и горе на всех. Мелькнуло - "Я ведь так по нему и не заплакала"
-Расскажи, - попросила тихо, глазами добавляя - "Я с тобой"

+2

24

Все, хватит. Хватит. Сколько можно. Все.
Мишка потянулась к чашке, отхлебнула, подавилась, плюхнула на себя – зато горло разжалось, и она смогла говорить.
- За мной Ласка зашла. Ночью. Сказала, дед Исидор вернулся и пошел в Горны. Мы его подождали немножко у театра, ну, чтобы увидеть когда он домой пойдет. Он как-то тяжело шел. Мы хотели подойти поздороваться, но он… Он на нас закричал. Он ведь никогда на нас не кричал, а теперь закричал. Чтобы мы не подходили. И шли домой. Мы испугались, отстали, и пошли так, чтобы он не видел.
Почему-то трудно было смотреть на лицо Капеллы.  Вообще было тяжело смотреть на что-то хорошее и знакомое, поэтому Мишка уставилась на угол стола. Ее маленькие пальчики теребили пальцы Виктории.
- Мы заглянули в окна. Он ничего не делал, только сидел. И мы боялись постучать, потому что он же прогнал нас. Ласка осталась посмотреть, а я пошла сказать Спичке, только его дома не было.
Мы видели его в последний раз. А Капелла и Атаман – не успели.
- Он прогнал нас. Получается… Значит, он уже знал, что будет. Понимаете?

0

25

Ноткин с волнением слушал, о чём рассказывала Мишка. "С чего бы это Дед так разозлился на них? Закричал аж..."
- Он прогнал нас. Получается… Значит, он уже знал, что будет. Понимаете?
"Знал? Не, это вряд ли... Не спорю, человек он загадочный, как и Симон, но предвидеть будущее... Даже у Хозяек это почти что не получается"
- Да не, на кофейной гуще гадать, то всякий может... Не знаю, может настроение плохое было. Может, в Степи какую-нибудь драгоценность потерял. Хотя... нет, постойте-ка!..
"Так уж и быть, Мишке расскажу, что я видел..."
- Мишка, вы с Лаской, когда за ним в окно смотрели, никаких странностей не замечали? Тут просто... гм... - Ноткин замолчал, вопросительно глядя на Капеллу: рассказать ей, что сегодня видел, или нет? Мишка ведь девочка пугливая, домой возвращаться забоится, и спать не будет, как про кровавую плесень да про крыс услышит. А если про эпидемию Песчанки рассказать - мало того, что испугается - она ведь испугается чего-то непонятного, внезапного, как тогда, во время Первой Вспышки. А страх перед неизвестным - взять себя в руки тяжело, факт.

0

26

"Спасибо. Спасибо за то, что эти дети ушли живыми и не зараженными, ушли, не успев ничего понять. Спа-си-бо..."
Пальцы у неё дрожали, но в голове укреплялась и складывалась цепочка. Никогда Исидор не позволял себе крика. Никогда не отталкивал малышей, пришедших за советом и помощью. И то, что перед смертью он прогнал их, то, как тяжело шагалось ему, то, как налился красным маревом дом, ставший первым приютом болезни, могло получить только одно объяснение. Песчанка пришла вместе с менху из Степи, спряталась в сухожилиях и костях, укрылась в крови. И он знал об этом. Возвращаясь в Город, посещая Симона, отгоняя ребятишек - знал. Как знал и то, что Песчанка всё равно найдет путь в Город, найдет, как укрыть его, и что надо хоть кого-то предупредить... Или ему просто было бы слишком тяжело умирать в Степи одному? Или он должен был ещё что-то сделать?
Сейчас уже не у кого спросить ответа.
Капелла потянулась за полотенцем - она использовала его как прихватку, и после возни со сковородкой оно так и осталось лежать на столе - промокнула выплюнутый Мишкой чай. Лицо у неё было отсутствующее и полностью погруженное в себя. С одной стороны, не хотелось пугать девочку. С другой стороны, жизнь сама испугает, и лучше быть к этому готовой, чем плыть по течению...
"Хорошо, что она уже доела, - мимолетно порадовалась про себя - А то совсем как-то не по-человечески, говорить о таких вещах за завтраком"
-Просто сейчас там красная плесень и чумные крысы, - продолжила она оборванную Ноткиным мысль. Кажется, атамана пугала необходимость рассказать всё, кажется, он тоже жалел Мишку... Но отсутствие информации - самая страшная беда. И потому Капелла должна была говорить - Вчера было сказано: в Городе - Песочная Грязь. Я думаю, Исидор умер от неё, и вчера прогнал вас, чтобы вы не заразились.
Ладоней от мишкиных рук она так и не отнимала. Может быть, бессознательно надеялась увидеть, как шел Исидор вчера, какими глазами смотрел на подошедших девочек. Может быть, всё так же поддерживала безмолвное - "Я с тобой". А может быть, ей тоже было страшно, и хотелось держаться хоть за кого-нибудь.

0

27

-Песочная Грязь.
Я так и знала.
Дело не могло быть только в смерти деда Исидора и даже Симона Каина. Не только по ним плакали травы, хотя эти двое были той силой, что много лет вдыхала жизнь в сердца и души, и в одну страшную ночь она вдруг иссякла, оставив вместо Города полуживую оболочку.
Не только приход этой Самозванки возвещал савьюр. Капелла считает, что у порождения Суок есть имя – значит это правда, но бояться надо не просто человека, или Мары, или кто она есть. Возможно, она только предвестница беды.
Крысы, серые крысы с желтыми зубами… Вот почему всё кричало о скорой гибели.
Мишка только теперь поняла, от чего должен спасти их этот Артемий. Он учился в Столице, он должен быть очень умным и много знать. Про травы он, может, и забыл, да только она ему расскажет. Она все-все ему расскажет, чему учил ее дед Исидор. Сама она была слишком маленькой, чтобы помнить, но ведь победил он тогда эту Грязь в прошлый раз, значит и Артемий сможет.
- Там пахло странно, - ответила она Атаману. – Как будто одеяло жгли. Может, он так крыс гонял? Или зачем еще что-то жгут?
Мишка не то чтобы верила, что дед Исидор за что-то на них рассердился, но все же от слов Капеллы стало теплее. Значит, он действительно хотел их уберечь, только не от Мары, а от заразы…
- Погоди. А почему тогда говорят про коготь? Ну, про который говорят, что его Мара оставила? Я про Грязь вчера ничего не слышала, а про коготь на каждом углу шептались.
Она наконец посмотрела Капелле в глаза, словно надеясь, что та все объяснит, утешит, скажет что делать, и все будет хорошо.

0

28

- Там пахло странно. Как будто одеяло жгли. Может, он так крыс гонял? Или зачем ещё что-то жгут?
"Странно... вроде бы костров у себя дома он ранее не жёг, да и зачем сжигать одеяло?" - подумал Ноткин.
- Ты, наверное, хочешь сказать, что он ткань жёг? Что-то из ткани? Может, одежду? А крыс так не выгоняют, пожар ведь может быть. Обычно по всем углам кладут высушенную... да, пижму, - Ноткин не зациклился, вспоминая название травы, на стебельке которого, подобно кроне дерева, желтели меленькие цветочки, похожие на золотые монетки. Демонстрация знаний, полученных от ныне покойного Деда, немного отогнала мрачные мысли, но тут же в заблуждение привёл вопрос Мишки:
- Погоди. А почему тогда говорят про коготь? Ну, про который говорят, что его Мара оставила? Я про Грязь вчера ничего не слышала, а про коготь на каждом углу шептались.
"Коготь... А, говорили ведь что-то, что в груди коготь оставили. Именно коготь? Может быть, бычий рог? Как-то неправдоподобно, чтобы шабначка обламывала свои когти о степняков..."
- А вот тут, похоже, кто-то Деда и порешил. Раньше Песочной Язвы прирезал. А то, что Симон от Песчанки умер...ну, это скорее всего.

0

29

"Коготь? Значит, всё-таки был убийца?.."
Стройная теория о Песчанке дрогнула перед этим новым фактом, но не сломалась. Слишком она была логична, чтобы так просто распасться, и Капелла задумалась, вороша всё, что знала. Вчера никто не говорил при ней о том, как умер Исидор. Говорили просто - мертв, и ничего больше, даже Юлия ничего не упомянула о орудии убийства, а значит, не знала и сама... Впрочем, это мало что меняло. Неоткуда взяться Грязи в чистом Городе. Только если кто-то принесет её в себе, а красная плесень была Грязью, только предчувствием её, но была...
"Значит, убийца пришел раньше болезни. Убийца, оставивший в груди менху коготь... Или не коготь - кость. Кто-то, ненавидевший его, кто-то, кого я, наверное, даже и не знаю... Интересно, лучше ли этого, чем сгореть от Песчанки? И не успел ли Исидор оставить хотя бы записку?.."
Впрочем, она и так знала - не успел. Кто-то глупый и жестокий вспорол плоть раньше и хорошо, если сам не ушел зараженным.
"Надо ещё спросить у Таи, - вспомнила внезапно, удивившись своей недогадливости - Был ли Исидор в Термитнике в тот день. Если да, всё уложится совсем уже стройно. Если нет... Будем думать и увязывать дальше. Что ещё останется? А жег он, наверное, чумные тряпки... Что ещё можно жечь в такой ситуации?"
Кивнула, услышав рассуждения Ноткина. Он правильно сказал, хоть и не теми словами, которыми обошлась бы она сама. Правильно и по существу.
-Он прав, - разлепила она губы, чтобы подтвердить не только жестом, но и словами - Иначе откуда взяться следам Песчанки? А жечь... Одежду, испятнанную чумой - чем не вариант?
Прямой мишкин взгляд заставил её замолчать, сдержать безотчетное желание закусить губу. Она знала, когда так смотрят - когда весь мир рушится и хочется только одного - чтобы кто-то умный и сильный сказал "Всё обойдется", и можно было бы поверить в это и хоть немного успокоиться. У неё самой, наверное, были очень похожие глаза, но взгляда она, конечно, не отвела.
Улыбнулась почти через силу, погладила ладонь Мишки большим пальцем. Ей самой было очень страшно, но всё же она надеялась, что сумела этого не показать.
-Нужно, чтобы все знали, что будет, - сказала, по себе зная, насколько легче, если есть какое-то дело - Нужно запастись едой - эпидемия означает рост цен, - "Торговцы всегда трусят первыми, и всегда пытаются наживаться на людях" - И антибиотиками. Ещё нужен запас воды - на всякий случай... - хотела было попросить не выходить на улицу, если есть возможность, но тут же осеклась - зная характер Ноткина, можно было однозначно сказать, что такое предупреждение он точно воспримет, как вызов - И, если сегодня встретите Гаруспика - скажите, чтобы нашел меня.
"И ещё - верьте, что всё будет хорошо. Вера - лучшее наше оружие. Ведь поверили же когда-то дети в Прозрачную Кошку - и она стала."

0

30

У Мишки был припрятан хлеб, и крупы немного оставалось, но ни о каких антибиотиках она, ясное дело, не имела понятия. Понятно, что надо их искать в аптеке, но сколько это может стоить? Что-то подсказывало, что и в лучшие времена они были бы ей не по карману.
Значит, нужно быть очень осторожной. Не подходить к больным и не трогать эту красную плесень. Она не была уверена, что сможет убежать от крысы – значит, еще и за каждый угол придется заглядывать.
Воды нужно набрать. Сходить к источнику, в крайнем случае – здесь у Капеллы есть. Интересно, как может закончиться вода в колонке? Но раз Виктория сказала, что надо запасти, значит наверно может.
- Я поняла. Я найду Спичку и зайду к Ласке. И… ты знаешь, где его искать, этого Гаруспика? Я обязательно передам, только мне самой надо на него посмотреть.
Еще надо посмотреть на эту Самозванку. Чем-то она Капелле очень не понравилась. И как это - она исцеляет? Лечат травами, или, вот, антибиотиками этими… И почему говорят, что их две?
Мишка знала, что в голосе Степи есть и про это, но пока не могла разобрать: не хватало ключиков.
Девочка сжала на прощание руки Виктории, грустно улыбнулась Атаману и вышла под холодную морось.
С чего начать?

---> Сквер

Отредактировано Мишка (2012-03-04 00:49:12)

0

31

Ноткин взглядом проводил вышедшую Мишку. Вышла она не то, чтобы медленно, но казалось, что она сломлена страхом. Атаман и сам сидел словно на канцелярской кнопке, всё ещё не способный принять в реальность все факты. А сколько будет ещё убийств и смертей? Вот таких? И интересно, на сколько времени это затянется? В какой день будет внезапным то, что никто не умер и не был убит? "Клянусь самому себе, буду оберегать своих друзей... как зеницу ока!.." - Атаман сам не знал, от чего их беречь, и стоит ли, ведь особенно храбрых до безрассудства друзей он не имел. Точнее, храбрых - имел. Под второе не подпадал никто.
- Ну... Капелла, как же ты жить будешь?.. Среди всего этого ужаса, - Атаман задал вопрос. Но кому? Он даже не взглянул на Викторию, и ему даже показалось, что произнесённые им слова были такими тихими, что она наверняка не услышала их.
- И ещё... что с маленькими делать? По домам их отпустить можно, но... а вдруг их Песчанка в доме настигнет? У нас оставить, оно надёжнее будет... Хотя, как пойдёт.

0

32

"Вот так"
Капелла поднялась. Ноги у неё уже затекли - почему-то её тело всегда так реагировало на любое мало-мальски неудобное положение - и, перебравшись на кровать, она с удовольствием вытянула их. Перекрестила руки на коленях. На коже у неё осталось ощущение судорожного мишкиного пожатия, на губах - след улыбки-через-силу - а в душе холодный ужас и тянущее ощущение "Это только начало. Это только начало...".
"Не получится защитить всех. Нет средств, способных спасти от Песчанки. Значит, придется терпеть..."

Мысль оборвалась с тихим вопросом Ноткина. Настолько тихим, что будь она чуть менее напряжена - ни за что не услышала бы. И почему-то стало легче. От осознания, что она не одна. И от того, что страх её - лишь часть общего ужаса Города и его обитателей. И от того, конечно, что за неё беспокоился обычно подчеркнуто суровый атаман.
-Как все буду жить, - ответила то ли просто, ли грустно. Добавила с явным отвращением - А, может быть, и получше многих.
В конце концов, у неё был свой дом. Отец и брат, способные о ней позаботится. Запас еды, кое-какие деньги, мать, порой являющаяся в снах. А у многих ребятишек не было вообще ничего. Ни крыши над головой, ни семьи, ни уж тем более каких-то запасов. И им, беспризорникам, детям улиц и неба, придется в разы хуже.
Вопрос заставил её задуматься. Закусить губу. Совсем малыши, те, кто толком не может позаботиться о себе, и смерть которых, если что, останется их - предводителей - виной...
-Дома защитой не станут, - медленно произнесла она. Лучшим решением было бы отправить ребятишек к Хану - если где и будет чисто, так это в Снежной Крепости, хотя бы потому, что некому пронести Грязь сквозь Агатовую Яму - но она точно знала, что на такое предложение Ноткин разозлится.
"Господи, ну как же некстати они развоевались. Из-за глупых обид, гордыни и бунтарства, почти просто так. И ведь упираются... Глупцы."
-Дома защитой не станут, - повторила она, как бы в задумчивости. Про себя она искала аргументы и силы, чтобы продолжить мысль - Как не станет ею и Крепость. Если Язва пойдет по Городу - а она пойдет, у нас ведь больше нет Исидора, - короткий болезненный спазм неожиданно сжал горло - словно только сейчас она по-настоящему вспомнила глаза старшего Бураха, его голос и руки - и Капелла судорожно сглотнула, дернула головой, изгоняя горе до лучших времен. Продолжила - Спасения не будет вообще нигде. Разве только в Степи... Или в Многограннике.
Открытый взгляд - "Господи, ну пойми же ты, пожалуйста!".
-Отошли детей. Если Каспара стану просить я - он не откажет.
"А я стану. Если только у тебя хватит сил обуздать свою боевую гордость"

0

33

-Отошли детей. Если Каспара стану просить я - он не откажет.
"Проклятье!.. Да, этого следовало ожидать... Тогда уж всем в этой Башне проклятущей от болезни прятаться нужно!". Впрочем, Ноткин смог быстро справиться с гневом - теперь война отменялась. По крайней мере, для Двудушников. Неизвестно, что Каспар по этому поводу думал... хотя скорее всего, заперся в этой Башне, знать ничего не знает. Да и детей отправлять - ради блага, пусть Хан не считает это проявлением слабости. Ну, а если Капелла будет просить Хана, то проблем возникнуть не должно. Остаётся только надеяться, что детишки не вернутся к Хану, не останутся в Башне. Зверей, которых они избрали в качестве вторых душ, оставить решил в Замке. Поняв, что это ради общего блага, и что теперь от войны на фоне нынешних событий осталось одно название, атаман смирился и кивнул:
- Да, хорошо. Только... Даже если я согласен, Каспар... он ведь гордяк тот ещё, сама же знаешь. Уверена, что убедить его сможешь?
Это у Каиных было, можно сказать, общим. По крайней мере, у детей Виктора. Из-за гордыни Хана, Ноткин не смог пойти с ним на перемирие, да и сам тоже виноват - Хану тоже спуску не давал, всем посланцам на порог указывал. А Мария, дочь Виктора... Чувствует в её взгляде не гордость, но надменность и презрение, прямо через край хлещут. "Наломает она дров, коль Хозяйкой станет... видать, не в тихие времена жить буду." - подумал Ноткин.

0

34

-Он не откажет, - повторила Капелла ещё раз. Облегчение накатило, вырвало выдох.
"Ну вот, а ты боялась. Не так и страшно, правда?"
В своих силах она была уверена абсолютно. Как и в том, что Каспар гордец, но не дурак и не подлец. В обычное время он мог бы упереться, разом отвергнуть все попытки перемирия, затворится в Снежной Крепости единственным королем и полководцем. Строгий, не по годам умный, он был достойным противником и в свое время - хорошим другом, и вполне мог из своей обиды обманутого лидера отказать сразу и во всем. Но не сейчас. Не тогда, когда Город готовится захлебнуться кровью и смертями, и когда помощь нужна не ей, или тем паче Ноткину - они-то останутся здесь безо всяких разговоров - но совсем маленьким детям. Отказывать в возможности выжить таким - подлость.
А подлецом, как уже говорилось, Хан не был. Как и любой из Каиных.
Да, мистики и чернокнижники, способные идти по головам во имя великой цели, были ей не очень приятны, но это не делало их злыми. И потому - следовало идти и говорить.
"Хоть на коленях просить, - невесело усмехнулась она.
-Лучше скажи мне, - неожиданно вспомнив, подняла голову - Ты сумеешь уговорить своих?
Зная радикальный характер Ноткина, она предполагала, что малыши-Двудушники уже с той же силой не любят Многогранник. И что объяснить им необходимость ухода может быть сложно.

0

35

- Лучше скажи мне, ты сумеешь уговорить своих?
Вопрос поставил Ноткина в тупик. Да, он был лидером им. Да они обязаны слушать его. Но что они подумают, как только узнают о том, что атаман прикажет им вернуться в Многогранник? Опять же, Капелла могла бы повлиять на них - авторитет Хозяйки детей признавали даже малыши.
- Ничего, я объясню им что да как... если что, хорошенько припугну про всю эту бесовщину... с большей долей правды, конечно же, ты не волнуйся. Так или иначе, но если Хан не прекратит свои провокации, то отбиваться мы будем. И отбиваться в полную силу.
"Плотник свой самопал сделал где-то за пять дней. Значит, можно пару человек ему в... как это называется... подмастерья, во! - выделить, чтоб быстрее делали. Воды должно хватит дней хотя бы на пять-шесть." - Ноткин тут же прикинул, что будет, если малыши всё-таки его послушают. - "Хорошо, дней на восемь..." - А что дальше? Если эпидемия будет длиться месяц? Два?..

0

36

Едва сдержала порыв всплеснуть руками, или схватиться за голову. У неё с этой эпидемией любые мысли не то что о вражде - о соперничестве отбило, а тут - "отбиваться". Ну что, Каспар дурак, что ли - выпускать своих в зараженный Город? Что он, совсем лишен понимания, что к чему, чтобы и во время эпидемии продолжать эту бесконечную склоку?
Вдохнула, успокаиваясь, и надеясь, что нет. Что хотя бы пока Псиглавцы с Двоедушниками прекратят свою грызню, которая до сих пор лишь чудом не привела к настоящим смертям. Это взрослые могли отмахиваться от "детских игр". Она-то всегда видела, насколько это всё серьезно. Ещё с того момента, когда отказалась уходить в Многогранник из живого Города, когда увидела в глазах Хана неизбывную обиду и чертову гордость Каиных, вспыхнувшую с небывалой силой... Ещё с того момента, когда к ней впервые прибежал посланец с поклоном от Ноткина, ещё с того момента, когда впервые случилась первая драка.
Настоящая война, расколовшая детей на два враждующих клана, в которой лишь она сама и немногие другие сохраняли хоть какой-то нейтралитет.
"Как же это всё некстати, - подумала ещё раз, вспоминая свои видения, где Ноткин, Каспар и Спика становились новым треугольником власти. Как сделать такое реальностью, если эти два дурня носятся со своей ненавистью и думать не думают мириться?..
-Будете, конечно, - недовольно протянула она, отводя взгляд. Ну, сил у неё не было уже представлять, какого Двоедушникам, сражающимся со всем миром разом - с бандитами, с Псиглавцами, с простыми взрослыми, которым не может нравится набирающая силы группировка беспризорников... Может быть, будь Ноткин чуть мягче, иди на компромисс чуть легче - всё могло бы выйти по-иному. А могло бы и не выйти. - Только я надеюсь, что Каспар не такой дурак, чтобы продолжать воевать во время эпидемии. Я постараюсь побывать у него сегодня. Будем надеяться, он поймет.
В одно мгновение она почувствовала себя бесконечно усталой и испуганной, но быстро подавила это чувство. Не было у неё права быть слабой. Не было права так рано опускать руки. Дел по горло, у дверей беда, так что нужно бороться и не давать себе времени на саможаление.
"А вечером надо успеть на Пантомиму, - неожиданно подумала она, и такая простая мысль сразу подняла настроение. Пророческое представление вполне подходило на роль той вещи, к которой можно стремиться весь день.

0

37

Как всё-таки кстати, когда столь авторитетная персона имеет с тобой хорошие отношения! По крайней мере, говорить с Ханом на равных, предлагая сотрудничество, она могла. А Ноткин - исключительно как с врагом.
- Значит, решено. Так и будет. Когда пойдёшь к Хану, сообщи мне. Скорее всего, я самолично приведу детишек к нему. - Хотелось присутствовать. И дело не только в том, что Ноткин решил увидеть старого врага - Каспар не упустит даже такого шанса и раздует из мухи слона: дескать, Ноткин трус, Ноткин подлец, Ноткин шкура, смотри, Гусар, с кем связался. С его болезненной гордыней и зашкаливающим эгоцентризмом этого вполне можно было ожидать, да и Ноткин догадывался, за какую тварь дрожащую он его держал. Издевательства ожидались в любом случае, но если Капелла говорила о просьбе Ноткина в отсутствие атамана, то... Ноткин не сомневался, что Хан станет презирать его ещё больше, нежели в случае, если Ноткин сам отправит к нему детей, и придёт с ними сам.
Времени терять не стоило. Если учесть, что во время Первой Вспышки, болезнь выкашивала кварталы за два-три дня, то времени катастрофически мало. А сделать надо было многое - надо было предупредить Двудушников и уговорить детей вернуться в Башню.
- Я пойду, Капелла. Не унывай. Всё будет хорошо, - Атаман встал со стула, как следует потянулся, и, махнув рукой на прощанье, вышел под мелкий моросящий дождь.

>>> Обитель Двудушников.

Отредактировано Ноткин (2012-01-30 23:45:30)

0

38

---> Из Кабака.

Утро, начавшееся для Клары довольно рано, обещало дать интересное начало дню, во всяком случае удалось перекусить там, где этого совершенно не ожидалось. Да и хлеба припасла на всякий случай. Ну и пусть что не совсем прилично. Кто ругаться то будет? Вот и некому, а Александр на такие глупости и внимания не обратит. День обежал быть прохладным, со степи опять полз удушливый запах твири, наполнивший, казалось, каждый дом и закуток. Хотелось принюхаться к одежде, волосам, что бы понять, остался ли на тебе еще твой запах? Трудно в такие дни даже по улице ходить, как говаривали местные жители. Голова словно чугунная становится, гудит от каждого шага, думать мешает. И это еще только утро наступило, что будет днем - представить боязно. Да и не хочется.
"Живы будем, не помрем." Клара шла по направлению к дому Капеллы, перебирая монетки в кармане. В траве возле дома что-то тускло блеснуло. Наклонившись и намочив руку в росе, девочка вытащила небольшое серебряное колечко, которое тут-же отправилось в карман куртки.
"Обронил что ли кто? Или с пальца соскользнуло? Хм, чье интересно? Найти то вряд-ли получится, но вот с детьми поменяться можно."
Девочка аккуратно постучала в большие двери.
"Надеюсь она дома"

0

39

"Всё будет хорошо, - гулко отдалось в голове и затихло, оставив только звенящую пустоту. Капелла проводила атамана взглядом. Запоздало подняла руку - одновременно и прощание, и какое-то подобие благословения. Тишина, заполнившая комнату вслед за тихим стуком закрывшейся двери мягко легла на виски, накрыла уши, принесла с собой странное, апатичное спокойствие. Капелла вдохнула её, вместе с привычным запахом твири - под осень он, кажется, пропитал всё и всех - потянулась за совсем позабытым было чаем. План дальнейших действий был прост и ясен - добраться до Снежной Крепости, подняться к Агатовой Яме, и пройти внутрь.
Помнится, до этого на такое восхождение она решилась лишь однажды - когда Каспар в их, как теперь уже казалось, общем детстве, загорелся желанием показать ей свое царство изнутри. Тогда он только думал о бунте против взрослых, только-только примеривался и пробовал силы, и его желание разделить и похвастаться, было желанием ребенка. Равно как и её любопытство - совершенно детским, бездумным...
Итак, пройти внутрь, всеми силами и правдами своими оттеснив с пути стражей. Ну, а дальше, как получится. Просить, говорить и слушать, надеясь на разум и милосердие собеседника.
"Ещё нужно найти Гаруспика, - подсказала сама себе. Остывший чай был совсем не так вкусен, как чай горячий, но она всё-таки допила его одним глотком. После слов Мишки, подтверждавших её неясные ощущения и слабые предвидения, отмахиваться от них стало невозможно. Если новый союзник настолько важен, что травы шептались о нем, что Мишка спросила с порога - значит, нельзя забывать и бросать на произвол судьбы. Да, он принял бумажку с именами. Но ничего не знал о тех, кому они принадлежали, о их общей цели и мечте, о которой и они сами-то смутно догадывались. Нужно было говорить, укреплять мосты, и Капелла вставила этот разговор вторым пунктом в составляющийся план действий. Хорошо, если её желание встречи дойдет до него, хорошо если они не разминуться... Если же нет - придется искать по всему Городу.
Но сначала - Хан.
Она только начала подниматься, когда в дверь постучали.
"Вчера был день сумасшедших метаний и встреч. - подумалось ей с какой-то обреченной ноткой - Сегодня, очевидно, день сумасшедших визитов..."

Она едва удержалась от того, чтобы отшатнуться. Только отступила на полшага, придержала норовящую закрыться дверь. Тянуло от застывшей на пороге Самозванки тем самым мишкиным ужасом - "Порождение Суок, оно уже здесь?.." - только сама Капелла испытывала на суеверный страх, а какую-то ровную тихую неприязнь, ничем не обоснованную, но существовавшую вполне реально. И - самую каплю интереса. И ещё - от тяжелой, пахнущей железом силы, наливались болью виски...
Она даже приветствовать не стала. Так и замерла, глядя выжидающе и равнодушно.

0

40

"Вот дверь открыла. Стоит, смотрит, молчит. Словно чума к ней на порог пришла. Хочется. а не выгонишь. За что они все ко мне так? Зла ведь никому не желаю. Может обидела кого случайно? Дак не со зла а по незнанию, не ведаю... Не желаю я зла тебе, девочка с прозрачными глазами. Нет, не желаю."
Рассматривала Капелла Клару своими странными глазами, словно сквозь нее глядела, да все равно видела. Решала видимо для себя что за странная гостья пришла да что несет в словах да руках своим. Ох, не к добру такие встречи. Как есть не к добру. Но долг есть долг, а обещания надо выполнять. Наверно не рада была чудотворица что согласилась к Ольгимской зайти, знала что ждет ее тут, но все равно. Пришла. Стоит, думает что сказать такого, чтобы сразу с порога не выгнали. Боязно. А вдруг растеряется, чего не то да не так. И все, замкнется человек и слова из него не вытащишь.
"Пан или пропал"
- Здравствуй. Я пришла просить у тебя помощи и совета. Это касается Артемия.
"Не подведи меня, мой Дар.."

0

41

Чуть не села там, где стояла. Такого она не ждала совершенно.
"Что может быть у неё общего с Бурахом? - и, со странной злостью всплыла нежданная, почти и не её мысль - Что у неё вообще может быть общего хоть с кем-то из жителей?"
Вот склонила голову на бок, в упор глядя на Клару, запоминая - короткие, неровно остриженные волосы, юбочка, едва прикрывающая колени, грязь под ногтями, серые, полупрозрачные глаза - того же серебристого цвета что и её собственные...
Если бы Капелла была в настроении - она наверняка бы заметила некоторое сходство, но сейчас ей совершенно не хотелось сравнивать себя с Самозванкой. Более того - ей хотелось закрыть дверь.
"Я не стану брать её за руку, - пообещала себе - Даже случайно".
Прикосновение было чревато видением, а ей чем дальше, тем больше казалось, что в будущем дочери Сабуровых можно увидеть только грязь и мрак.
Конечно, она с собой справилась. Отступила на шаг, пропуская гостью внутрь. Медленно прикрыла дверь. Ей было стыдно за такую реакцию на совершенно незнакомого человека, за настолько поверхностное суждение, ей обычно несвойственное, но то говорил разум. Отцовское воспитание, всё, затверженное по книгам. Нутро же, то несуществующее и бессознательное, где рождались предчувствия, бунтовало и требовало выставить порождение Суок за порог. На что разум отвечал безграничным удивлением и отказом. И так по кругу, рождая какое-то неприятное противостояние...
"Хорошо бы ошибиться. Ох, как бы хорошо!"
-Говори, - получилось невыразительно, но это было и логично. С одной стороны рвался придушенный шип, с другой - её обычный дружелюбный тон, и в результате в голос не прорвалась ни одна эмоция.

0

42

Пригляделась Клара к Виктории немного внимательнее. Показалось девочке, будто Капелла решает чего-то да все решить никак не может, разрывается между одним своим естеством и другим. Странно это было немного. Ну а может все таки и показалось вовсе, может будущая Светлая Хозяйка просто вымоталась за вчерашний день, да за утро сегодняшнее.
"Что же теперь говорить то? Али не видишь, нужен мне сейчас Бурах твой, ой, как нужен! Зачем? Мое дело. Только вот объясниться я так или иначе обязана. Иначе, можно было и не приходить. Иначе, и не пришла бы."
- Искали его, Виктория, искали. Кто, точно не знаю. Однако, чую, зла ему хотят. Ежели найдут... Не ведаю, что будет с ним. Опасность Бураху грозит большая. Его бы предупредить. А то пропадет же.
Клара на несколько секунд умолкла и задумалась. Постаралась поверить сама в то, что сказала, да ведь и не сказала то ничего по сути конкретного. Так то оно вернее будет, да и честнее, опять же. А коль невиновен Потрошитель окажется, так никто его и пальцем не тронет ведь.
"А мне то всего лишь найти его надобно очень. Я то понимаю, что так и ему самому полезнее будет, если повезет, конечно. Теперь поняла бы еще Капелла. Иначе, все сначала начинать придется. Иначе..." - не знала Клара, что собственно, будет иначе.
- Мне бы найти его только, да поговорить. Как лучше хочу ведь.
И взгляд то у Клары сейчас чистый, открытый, и говорит тоном таким убедительным.
"Ну посмотри, Капелла, в эти большие честные глаза. Разве Я могу сейчас лукавить? Дай мне ключики, булавки, да крючки заветные. А я, глядишь, еще вам и пригожусь."

0

43

Задумалась Капелла. По ступеням наверх, в комнату поднялась, на кровать присела. Метаться из угла в угол не хотелось, особенно перед Кларой, а в волнении или раздумьях её всегда тянуло двигаться, вышагивать из стороны в сторону, что-нибудь в пальцах крутить. Потому она сцепила руки в замок на коленках, задумалась, глядя на Самозванку рассеянным чистым взглядом. Ничего нового в её словах не было, да и страшного тоже не очень много. Скорее несостыковка в них чуялась - вчера искали Бураха, да, за Симона и за Исидора разом. Но со вчерашнего дня прошло время. Она самолично пустила слух, обратный обвиняющему, она видела, как вступался за Артемия бакалавр Данковский - перед Марией вступался! - и видела, как гордая Каина задумалась, принимая правоту чужих слов. Не стала бросаться злыми словами. Не ухватила младшего Бураха за рукав - поверила. А там, где верит в невиновность Мария - Каиных можно уже не опасаться. Виктор послушает дочь. Георгий, ослепший от горя, смирится со словом Данковского. Мирные горожане поверят слову правящей семьи. Дети пронесут слух и безвинности. Кому сейчас искать, кому нести беду сыну Исидора? людям Сабурова, разве что, которым ни Данковский, ни Каины не указ.
"Ну, или я чего-то не знаю, - прикинула про себя. Могли быть те, кто не поверил чужим словам... Но откуда об этом знать Самозванке?
Выходила неприятная, тревожащая картина. Приемная дочь Сабуровых, от присутствия которой бьется в висках чужая горячая тяжесть, пришла и просит помочь найти Гаруспика. Предупредить его о беде... Якобы. Что ей за дело вообще до его бед? Отчего хотеть как лучше? Если бы с такой просьбой пришел бакалавр или кто-нибудь из детей - она бы, скорее всего, поверила. Но сейчас ей было так тревожно, что Капелла даже порадовалась тому, что понятия не имеет, где нашел себе прибежище Бурах. В последний раз она видела его в Театре, на ночной Пантомиме, и куда его унесло потом, не имела не малейшего представления. Соответственно, возможная моральная дилемма решалась легко и без особенных терзаний.
-Он взрослый человек, - сказала она, наконец, взвешивая слова - Его не взяли вчера на Станции, не возьмут и сегодня. Кроме того, я просто не знаю, где он.
Развела руками, пряча на дне глаз странное торжество. Впервые за довольно долгое время она была рада, что ничем не может помочь.

0

44

Записка Ноткина, подсунутая Гусаром под дверь

Капелла, здравствуй. Сейчас с детьми иду к Многраннику, буду ждать тебя в Агатовой Яме, если Хан от ворот поворот не даст. Чувствуется мне, что тебя он лучше послушает, нежели меня. Если тебе несложно, то помоги мне убедить его. Агатовая Яма, ждать буду до вечера. Двудушников предупредил, послушали на раз-два. В Кожевенный никто не сунется.

Ноткин и Артист

0

45

"Просто взрослый, не известно где" крутились в голове у Клары печальные слова Капеллы. Стоило искать выход, возможность разговорить Викторию, но рассказывать ей о истинных мотивах было нельзя, нет в душе ее того что можно подцепить да притянуть ,к себе приблизить. На то она и Хозяйка. Пусть и будущая. Но это только сейчас, но кто знает как дальше выпадут кости? Осторожнее надо быть о делах да словах думать, может перед кем и на лапках походить, голову склонить, а все для блага, все для Земли. А как иначе?
"Все в землю ляжем, все прахом будем. Нет, странные у меня мысли какие-то, словно не святая я а чудище из недр земли вылезшее на погибель всему. Нет! Все не так! Это сестра моя, Самозванка, шутит. Злые у нее шутки, страшные, да не деться никуда. все испортить горазда. Может и хочет чего хорошего, только в руках все землей рассыпается. Сестра она мне, да только жутко больно к ней на встречу идти. Повременю пока, авось и не случится ничего? Но что же сказать Ольгимской? Соврать?" - вспомнился Кларе сон, в котором они с сестрой разговаривали, да слова в памяти прошелестели - "И лгать и убивать и воровать придется. Да только нет в том твоей вины. Святая ты, чудотворица...". Клара решилась.
- Капелла, милая, не пугай меня так! Вдруг он в эти кварталы сунулся? Вчера с него одну угрозу сняли, вторая зависла. А я помочь ему должна, как тому, на кладбище. Спасти от беды, предупредить. Я ведь все равно пойду искать, не могу по другому! К тебе пришла, помощи просить лишь потому что опоздать боюсь! Страшно мне за него. Ежели сама не знаешь, дак подскажи кого. Сон мне снился страшный... - на лице чудотворицы отразилось отчаянье.
"Катерина мне про сны вещи рассказывала, а она Хозяйка, может и ей снится что? А вдруг попаду?"

Отредактировано Самозванка (2012-02-10 20:20:18)

0

46

Явственное отчаяние, отразившееся на лице Клары, вызвало у Капеллы мимолетный приступ жалости, который, впрочем, быстро сошел на нет. Ей самой было страшно думать, что Бурах может пойти к зараженному дому, что с ним может случиться какая-то беда, но было две причины, по которой она не собиралась делить этот страх с Самозванкой. Во-первых, про себя она уже причислила Гаруспика к тем, о ком следует беспокоиться, а значит, все его неурядицы были уже её проблемой. Её и всех термитцев разом. А свои проблемы она - они - слишком рано выросшие дети - привыкли решать только сами, не доверяя никому. Если что-то случится с младшим Бурахом, если он будет болен или ранен, они будут помогать ему сами по мере сил. Но это ощущение личного дела было не главным. Главной была вторая причина.
Гаруспик был взрослым, и он был одним из них. А всем своим Капелла доверяла безоговорочно, понимая, что не может держать их рядом с собой вечно, не может ограждать от каждой случайности. Она доверяла судьбе, тому вечному, что вело людские нити сквозь все превратности жизни, и в любом случае могла только ждать, терпеть и верить, предоставляя полную свободу действий. Вряд ли Бурах был так глуп, чтобы не видеть всех опасностей готовящегося к эпидемии Города, и вряд ли нуждался в дополнительных предупреждениях. Если бы Клара точно сказала, кого ему следует опасаться, если бы назвала ситуации и имена, если бы сказала что-то конкретное, кроме абстрактного "Хочу помочь" - Капелла бы задумалась. Но в том и было дело, что ничего конкретного Самозванка не говорила. А уж делиться с ней видениями, которые юная Ольгимская почитала делом довольно личным, она и вовсе не собиралась. Она даже отцу никогда ничего не рассказывала, даже брату. Только тем, кого непосредственно касались видения, только тем, кому следовало блюсти осторожность...
-Когда цветет твирь, многим снится странное, - ответила она, постаравшись сделать это философски и равнодушно. Настораживала её горячность Клары, а уж упоминание о страшном сне и вовсе вызвало неприятное чувство, что её пытаются вызвать на откровенность. Но ей ничего страшного в любом случае не снилось - И я не знаю никого, кому известно было бы, где Бурах.
"Я вообще-то сама его ищу, да... Но с этим я как-нибудь и в одиночку управлюсь"

0

47

"Что же я сделала не так? Почему она не поверила мне? Я ведь лишь добра хочу, никого из невинных не осудила, на смерть не обрекла, но нет, не видать мне веры от нее. Почему никто не верит? Не для себя же стараюсь... Видать с душами человеческими чудеса творить сложнее чем с телами бренными. Жаль, жаль что податливее души."
- Хорошо, я верю тебе, хоть и вижу что неприятна тебе. Но я ведь ничего не сделала такого, чтобы это заслужить? Или я ошибаюсь и чем-то навредила тебе? Прости неразумную, если так. Но мне пока идти, нужно скорее разыскать Бураха. Если встретишь его, скажи что искала его, пусть сам думает тогда что делать. Вот. А мне идти пора. Я постараюсь тебя больше не тревожить, но если так случится и нужна будет помощь - зови.
"Я ведь знаю что еще приду сюда не раз. Надеюсь тогда ты встретишь меня радостнее. Мне пора. До встречи, Ольгимская."
Клара повернулась спиной к Виктории, плечи ее поникли. словно опустился на них тяжелый груз, и она вздохнув вышла из особняка.
"Стоит пойти к Младшему. Может ему известно более. Если нет - придется искать самой. Может из детей кто подскажет..."

0

48

>>>> "Сгусток". Владислав Ольгимский

Оказавшись на свежем воздухе, Бурах хотел было незамедлительно направиться к Сабурову, но в окнах по левую руку от комнат Большого Влада тоже горел свет.
Вчерашний день остался в памяти одним нечетким, смазанным пятном, но Виктория - Капелла, как она просила называть себя - была в нем положительно лучом света. Первое дружелюбное лицо, первый ласковый голос, первое "Вы - не убийца", слова не только дружбы, но совета, и список детских прозвищ, аккуратно выписанных в столбике на линованом листке бумаги. Не имея ни малейшего представления, чем в своем нынешнем положении он может помочь почти что десятку детей, он все же запомнил имена - а раз уж обрел карту, недурно бы узнать и где искать этих особенных ребятишек.
"Капелла сказала держаться подальше от Сабурова. Быть может, она даст совет и как избежать от него беды"
Артемий постучал в дверь, искренне надеясь, что мелькнувшая за окном тень принадлежит Виктории, а не кому-нибудь из прислуги.

Отредактировано Артемий Бурах (2012-05-17 14:29:29)

0

49

С уходом незваной гостьи в комнате стало легче дышать. Тяжесть, давившая на плечи в присутствии Самозванки медленно отпустила, Капелла глубоко вдохнула. Прижала пальцами виски. Она чувствовала себя немного виноватой - она, вечно гостеприимная и вежливая - но предчувствие подсказывало, а разум оправдывал - нельзя всё время со всеми дружить. Рано или поздно придется хоть с кем-то рассориться по-настоящему, рано или поздно найдется хоть один враг, и, наверное, просто пришло время.
Осень. Страшное время перемен. Почти как весна...
Она просидела на кровати несколько минут, вслушиваясь в тишину дома и пытаясь успокоиться. Не Сабуров ли послал приемыша на поиски, подумав, что дети поверят ребенку же? Зло таилось в тени за спиной Клары, неясная угроза, но что было этим злом - Капелла не знала. Подумала, что, возможно, стоит Гаруспику просто не говорить, что его искала Самозванка. Объяснять Бураху важность предчувствий могло оказаться тяжело - в конце концов, они ещё и знакомы толком не были - а из встречи этой могла выйти беда. С другой стороны, Город мал, а наследник Исидора взрослый...
Размышления её прервал шорох бумаги - под дверь просунули записки. Целых две. Обе от Ноткина, отправленные явно в разное время. Первая - про встречу у Многогранника. Вторая - наверняка вторая, написанная скачущим взбешенным почерком - о нападении на ребят.
"Они все чокнулись, - как-то совершенно убито подумала Капелла, и села на ступеньки, ведущие в комнату. Опустила голову на руки. Ей вдруг захотелось одновременно расплакаться и отхлестать этих двоих заигравшихся в войну идиотов по щекам. Сначала Хана.
"Действительно, когда всё было так легко! Ты же знала, знала с самого начала, что так и будет..."
А ведь были полчаса, или час, когда ей казалось, что перед лицом катастрофы даже Двудушники с Псиглавцами смогут забыть разногласия. Полчаса или час блаженной веры.
"Теперь Ноткина хоть на веревке тащи, хоть и правда на коленях стой - ничего не выйдет. Упрется намертво..."
Мысли были разрознены. Записки мялись и комкались в руках. Разгибаться не хотелось совершенно.
Да и зачем? Куда сейчас идти? К Хану, подоплеку выяснять?..
На стук она даже головы не подняла. Крикнула только:
-Не заперто!
Зажмурилась, пытаясь найти в себе хоть какие-то силу и надежду.
После настолько сокрушительного поражения получалось плохо.

0

50

В первый момент ему показалось, что не в комнату шагнул, а провалился в темное и тусклое болото, где в легкие вползает густой туман, где голову не поднять, и перед глазами только душный полумрак. Беспомощность и предчувствие беды наполнили разум, зазвучали в памяти голосом отца, встали перед глазами злой усмешкой театрального режиссера...
"Бред!" - Артемий встряхнул головой. Болото обернулось небольшой комнатой, порядком нуждавшейся в притоке свежего и теплого воздуха, а хоровод пятен перед глазами - узором на стене. Чтобы справиться с прервавшимся на миг дыханием, он оперся на дверь, сделал глубокий вдох, порядком рассердившись на накатившую апатию, беспомощность и тоску - а потом увидел её.
Торчащие коленки, тонкие руки, рассыпавшаяся по плечам копна волос - на вид Виктория ничуть не отличалась от десятков и сотен своих ровесниц, что в эти годы учатся подкрашивать лицо тайком от строгих родителей. Соседские мальчишки, новые платья, прогулки до утра - наверное, чего-то в этом роде он ожидал от дочери богатого промышленника, но все предчувствия, представления и измышления разбились вдребезги.
Капелла была похожа на военачальника, проигравшего сражение, и плечи её пригибала к земле тяжесть посерьезней потерянного колечка.
"Она дочь не только Влада. Она дочь Виктории" - и как бы расплывчаты не были воспоминания, одна мысль о Виктории Ольгимской помогла ему отбросить мысли о поражении. В пару шагов он пересек комнату и опустился на колено рядом с девушкой.
- Капелла, я могу вам помочь?

0


Вы здесь » Мор. Утопия » Средний район » "Сгусток". Виктория Ольгимская-младшая