Мор. Утопия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мор. Утопия » Письма из прошлого » Письмо №89. Степная Встреча


Письмо №89. Степная Встреча

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Имена участников эпизода: Влад Ольгимский (мл.), Юлия Люричева, различные жители Степи
2. Место и время: Некоторое время после прибытия Юлии в Город-на-Горхоне
3. События: Юлия приезжает в Город-на-Горхоне и по рекомендациям третьих лиц решает разузнать тайны Степи. На тот момент Харон уже весьма погружён в скитания меж кустов Твири и сорняков. Очевидно, им суждено встретиться!

0

2

Влад разглядывал рисунки Одонхе, который тот накарябал в дневнике Ольгимского углём, игнорируя предложенный карандаш. Исходя из примитивных рисунков, Влад мог предположить, что Старый Червь, что сидел перед ним, происходил из весьма древнего рода, и помнил, что было на месте города многие и многие года назад. Если конечно столичное бренди не совсем затуманило разум Степняка.
Перелистнув страницу, Червь продолжил. Он усиленно выводил нечёткие линии, едва не разрывая пусть и плотную дорогую бумагу. Влад припомнил, как Отец привёз ему эти тетради, стоило только Владу в далёком детстве заикнуться, что хотел бы он подробно вникнуть в отцовский Проект. В итоге, один день сделал так, что бы Тяжёлый Влад разочаровался в сыне до конца жизни. Какой-то родственник этого самого Одонхе, сидящего напротив, бубня себе под нос, погружённый в зелёные миры, рассказал юному Ольгимскому, как красиво бывает в Степи. И весьма быстро Влад с ним согласился.
Опустив голову, Харон повнимательнее присмотрелся к каракулям Червя. Тот, достав откуда-то комок чего-то, вроде красной глины, подкрашивал глаза неведомому существу на странице.
- Что это?
- Шбнк-Дг.
- Степнячка, о которой я столь много слышал? Демон Степей, если быть верным.
Червь неопределённо помотал головой, а после кивнул. Посмотрев куда-то в пространство, Одонхе хотел было продолжить свою летопись, но вдруг резко встал.
- Что такое? – спросил Влад.
- Оназдсь.
- Шабнак?
- Мара здсь.
- Ты чуешь её где-то рядом?
- Харон пмнит жнщину чт прихла недвно?
- Слышал что-то.
- Теб пора, - пробормотал Червь, указав куда-то на запад, и забрался в юрту.
Влад посмотрел, как Степняк закрывает вход, подобрал дневник и уставился в направлении, что указал Червь.
- И кого из двоих я там найду?
Влад поднялся на ноги, и отправился в ту сторону, где… его должно было что-то ждать. На сколько он ориентировался в пространстве, где-то там были Врата Скорби и Курган Раги. Перед уходом Ольгимский оставил у юрты свёрток с сырым и вяленым мясом.
«Спасибо».

Отредактировано Влад Ольгимский (мл.) (2013-12-16 00:52:59)

+1

3

Иршенька была девочкой милой, большеглазой и доверчивой. Степнячка, но не дикая, уютного диванчика и незнакомых напитков не чуралась, от бус и сережек в подарок не отказалась, сестренке снесла. Говорила забавно, только бестолково, по делу - почти ни слова. Про жизнь степную, про обычаи их, про историю - больше глаза округляла и ротик ладошкой прикрывала. Зато когда об ином говорила, частенько оговаривалась, здесь слово, там два, вот и вылезают
всякие "Суок", "судаг" и прочие похожие по звучанию и чуждости слова.
Пользы от нее выходило раньше не так уж и много, но вот ведь случилось - прибежала, с утра пораньше, довольная, с глазами ясными, позвала с собой, за руки хватала, поторапливала, суетилась, на себя похожа не была. Явилась, мол, какая-то степная сказительница к городу, истории слушать да рассказывать. Мол, готова она и чужачке городской час времени найти и слово мудрое. Грех, грех шанс такой не использовать!
Юлия, конечно же, не пренебрегла возможностью. Уже давно ей было интересно, чем живут местные аборигены, но их сообщество при всем уровне своей интеграции в процессы производства на Проекте Быков, сохранило исключительную закрытость и крайне высокий уровень ксенофобии. Возможность завести знакомство с кем-то посвященным в историю, мифологию и нынешние ценности так называемого Уклада выпадала редко - потому-то она так и вцепилась даже в бесполезную и ненужную Ирше - и, конечно же, вопрос о том, идти или не идти, даже не стоял.
Почтенная Шана оказалась сухой, тощей старушенцией с грубым чертами лица, запавшими глазами и неприятным, режущим слух, голосом. Замотанная от макушки и до самой земли в неопределенного цвета и запаха тряпки, она все-таки весьма сносно говорила на непривычном ей языке, и, что более ценно, не размахивала руками в священном ужасе, когда приходилось объяснять самые элементарные вещи.
Время шло незаметно. Юлия пила горячий травяной чай, уважительно кивала, задавала наводящие вопросы, грелась у костра и уже думала, как бы корректно напроситься на ужин, когда старуха вдруг подняла голову, глядя перед собой темным и яростным взглядом, губы поджала со злостью, зубами скрипнула. И было это, пожалуй, куда более интересно, чем весь предыдущий час, с разговорами и сказками. Вот она, реальность степняцкая.
Юлия обернулась и чуть вздрогнула, увидев знакомое лицо. С младшим Ольгимским она была знакома шапочно, но слухи вокруг этого субъекта ходили преинтересные. Чудесно, просто чудесно, просто день интересных встреч.
- Сударь Ольгимский! - Юлия с улыбкой кивнула ему словно старому знакомому. - Как, и вы здесь?
Не то, чтобы она не знала о его интересе к Укладу - весь город знал - просто и в самом деле не ждала увидеть знакомое лицо здесь, сейчас, так внезапно.

+2

4

Во время своего пути через степь Влад глубоко задумался над словами Червя, и быстро понял, что тяжёлые мысли забрели его не в том направлении. Место в целом было знакомое, да и вокруг бродили не менее знакомые Одонхе, но само действо выглядело странно. В центре фантасмагоричного представления  находилась более-менее знакомая женщина, недавно прибывшая в Город-на-Горхоне. Она, не отрывая взгляда, с превеликим интересом, смотрела в никуда. Влад приблизился и зачарованный неведомым зрелищем взгляд перекинулся на него. Женщина поздоровалась.
«Давай, Влад. Думай. Ты знаешь её имя. Ты уже видел ей. Ммм. Точно!».
- Здравствуйте, Юлия. Да, я-то всегда здесь. Часто, во всяком случае! Ещё немного, и мой Папаша построит один из этих заводов, - Ольгимский неопределённо махнул в сторону Города, - Где-нибудь за Термитником. Но ладно я. Ни один Одонхе уже не удивляется. Что привело Вас в эти степные дебри? И… Чем Вы заняты здесь, если не секрет?
Ветер Степей, подувший внезапно, взъерошил Владу волосы и принёс за собой весьма странный запах. 
«Гнилью и Твирью пахнуло. И отнюдь не сгнившей, или же какой перебродившей, Твирью-то. Гниль, тлен, разложение... Будто бы восстали все обитатели нашего кладбища разом. Совсем рядом».
Влад приблизился, улыбнувшись.
- У Вас важная встреча с народом Степи?
Мороз пробежал по коже, а запах стал сильнее. Ольгимский огляделся по сторонам, рассматривая Степняков. Их поведение объяснить было сложно. Черви-то и вовсе толком не менялись в лице, что бы там ни было.
«Или что там у них, вместо лица?».
Они словно радовались и были напуганы. Одновременно.

+1

5

Легкий флер неудовольствия пробежал по лицам - кажется, все-таки лицам - окружающих. Сударь Ольгимский говорил о своей власти и власти своего отца с такой очаровательно-небрежной снисходительностью, что даже Юля на минуту почувствовала себя неуютно. Странно, что степняки подпускают его к себе, с таким-то настроем... Или они уже знают, что за заносчивыми речами скрывается доброе сердце и благородная душа?
Почтенная Шана неодобрительно покачала головой, глядя на новоприбывшего. Не чувствовалось по ней, что она его считает благородным или очень добрым.
- Не к добру он, - старуха покачала головой, словно бы вовсе не смущаясь говорить о присутствующем в третьем лице. - Ходит, вынюхивает, ничего не понимает, сколько ни говори.
Юлия, порядком смущенная этой отповедью в адрес почти не знакомого человека, весьма смутилась. Что делать? Проявив к нему симпатии, не разочарует ли она степняков? А заговорив холодно с сыном самого крупного промышленники региона... Нда, было бы над чем думать.
- Первая встреча всегда самая важная, - она улыбается и чуть двигается в сторону, освобождая рядом с собой место у костра. - Почтенная дама рассказывает мне о традициях степняков. У нее восхитительный талант рассказщицы, так замечательно мне ни в одном лектории не объясняли. Удивительно. Может быть, вы к нам присоединитесь?
Госпожа Шана теперь отделена от Юлии костром, и в дыму сложно различить, кривится ли недовольством её морщинистое лицо. Если и да, что с того? Это не последняя степнячка на берегах Горхона.

+1

6

«К ним... Присоединиться... К ним. Юлия, что с тобой? Уже ознакомилась с Бурым Твирином? Что-то здесь не так».
Влад вытащил бутылку с водой, подошёл к костру и сделал пару глотков, задумчиво глядя туда же, куда и Юлия. Ответ к нему не шёл, ни со степными ветрами, несущими мерзкие ароматы, что были ему не знакомы, ни с банальным анализом вихря своих мыслей. Ветер так же нёс какой-то звук. Словно приглушённый шёпот.
- Степные истории – это конечно хорошо. Если мы отойдём метров на пять в сторону, у меня тоже найдётся пара интересных легенд.
Влад посмотрел на Юлию, и слегка кивнул головой влево, расширив глаза.
«Я, конечно, не знаю, в чём тут дело, но лучше не подавать виду. В Степях может быть… всё, что угодно. Помню, был один парень... Ну, пока что рано паниковать».
- Я думаю, что Почтенная Дама будет рада вашему возвращению. Степь большая, и если уж начали, то времени будет, что степного пространства. Я вам очень быстро ВСЁ расскажу. Хотя… я конечно не настаиваю.
«Не пойму, нервничают они или злятся. Ох, мне бы их глаза сейчас. Я явно упускаю что-то очень ценное. И очень опасное…».
Небо становилось тяжёлым и приобретало странную расцветку. Кажется, собирался быть дождь. Хотя, через пелену зелёного тумана сказать было сложно.

Отредактировано Влад Ольгимский (мл.) (2014-05-05 21:56:13)

+1

7

Пан Владислав недвусмысленно намекал, что пора идти прямо сейчас. Забавно округлял глаза, и Юля могла бы даже засмеяться, если бы в них не было настолько очевидной тревоги. Местному виднее, раз что-то пошло не так, и спорить нечего. Юля поднимается, а перед глазами вдруг рыжая пелена, это дым неудачным порывом ветра повернуло прямо на нее, густой и едкий дым, пахнущий горькой местной травой. Юлия закрывает лицо руками, трет глаза, голова кружится как от первой затяжки после долгого перерыва, только сильнее, и глаза точно поедом ест. Пытаясь увернуться от дыма, она резко поворачивается к костру спиной, кашляет, снова трет глаза.
Степь черна. Под зеленым небом в клубах тумана виднеются черные силуэты, не похожие на людей даже немного, страшные и меняющиеся. Вокруг звенят голоса - чужие голоса, хриплые, надорванные, пугающие. Ей хочется удрать, но здравый смысл злорадно шепчет на ухо, что несколько шагов в гадкий туман - и едва ли она вернется домой сегодня. Соберись, Юля, это вопросы жизни и смерти.
Она делает шаг к Ольгимскому, потом еще - ага , идти получается, хотя ноги и дрожат. Еще шаг, и вот, её пальцы касаются его рукава, и все плохое, наверное, уже кончилось.
- Я уверена, мое временное отсутствие простят, - с натянутой улыбкой Юля осмотрела собравшихся вокруг костра местных. Ирши уже давно не было, её сестры - тоже, из щебечущей стайки осталось только двое женщин в травяных платьях -
взрослых женщин с тяжелыми взглядами и плотно сжатыми губами. Кроме них и Червей, одинаковых и непонятных, у костра оставалась только старая женщина с лицом, неразличимым за пеленой дыма. Юля помнила взгляд старухи на Ольгимского, и ровным счетом ничего хорошего он не обещал.
- Идем же, - она взяла Влада под руку, чуть подалась ближе. - Мне ужасно интересно.

+1

8

«Этот Костёр не просто костёр. Тлеет Бурая Твирь, Белая Плеть и… что-то ещё. Пришёл бы я позже, и бесполезно было бы растекаться мыслию по древу. Но  дело даже не в этом. Что-то иное удерживает здесь. Будто какой-то гипноз».
Юлия поднялась от костра и пошатнулась. Влад уже хотел подхватить новую знакомую, что бы та не упала на редкие да острые камни, или того хуже головой в пламя. Но она, будто скованная по рукам и ногам, справилась и сделала-таки пару шагов, ухватившись за рукав младшего Влада. Пришлось покрепче взять девушку под руку, и начать стремительно удаляться, стараясь не подавать виду. Влад посмотрел в глаза Одонхе, которые заметно напряглись, но с места не сдвинулись. Стало ясно, что они не злы на него, а скорее озадачены ситуацией. Пламя костра вспыхнуло с новой силой, будто кто-то плеснул керосину на горячие угли. В ту же секунду Влад узрел что-то скрюченное и чёрное по ту сторону зловещего огня. Но видение пропало столь же быстро, как и явилось простому смертному.
«Положим, просто показалось…».
- Кажется, Одонхе не против, что мы немного отлучимся. Пойдёмте, Юлия, именно так.
Чем дальше они отходили от фантасмагоричного степного собрания, тем больше Влад ощущал, как крепнет его спутница. Ещё пару секунд назад она напоминала зомби, из книги которую Владу как-то довелось урвать у столичного торговца, но теперь уже шла, почти без проблем, и взгляд её прояснился. Так, с горем пополам, они добрались до маленького покосившегося домика у Станции. Влад открыл дверь, ввёл Юлию внутрь и усадил на стул. Поставив перед ней стакан воды и миску фруктов, Харон сел напротив, посмотрел в глаза новой знакомой и спросил.
- А теперь поточнее – что вы там ВИДЕЛИ?

+1

9

Когда Ольгимский повернулся и сделал шаг прямо в туман, Юля чуть не завизжала. Чуть - потому что на крик ушли бы силы, а их внезапно ощущалась крайняя нехватка. Сколько же она там просидела, у этого костра, вдыхая странный дым? Не помнилось. Но Ирша пришла к ней утром, а сейчас, судя по состоянию неба, стремительно близится ночь. Или это у нее в глазах темно?
Спросить сил тоже не было. Только цепляться за руку Влада и надеяться, что вот сейчас ногу получится переставить, не подвернув. И сейчас. И сейчас. Она всецело сосредоточилась на дороге, стараясь дышать глубоко и равномерно. Туман не пытался их сожрать, не хватал за ноги, и с каждым шагом становился все менее заметным, истаивая и растворяясь. Вскоре стало возможно видеть собственные ботинки, темнота перед глазами чуть рассеялась, а вдали замаячил силуэт Станции. Добрались. Никогда раньше Юля не боялась так сильно.
Она пока неважно ориентировались в этой части города, но в маршруте были задействованы два забора, Станция и тупик дороги. И вот он - дом Влада-младшего, о котором знал каждый первый, но в котором почти никто не был. Миленько.
Наконец-то вытянув уставшие ноги, она осматривалась, весьма удивленная открывшимся зрелищем: наследник самого большого состояния в Городе живет здесь? Вы серьезно? В доме с земляным полом, с тяжелыми бревнами над головой и продавленным матрасом на топчане? Подумать только!
Надо было бы что-то сказать по делу, прокомментировать, спросить, но сил пока не было. Сделав большой глоток, она поежилась и взяла стакан двумя руками. Что в нем было – вода ли, чай, кофе, водка – она понять не могла, но и не хотела.
- Женщину. Очень старую женщину с сильным голосом. Она говорила мне об их обычаях. Хорошо говорила. Она хорошо знает наш язык. И понимает, о чем и как рассказывать.

0

10

Влад услышал ответ и кивнул на стакан. 
- Это просто вода, не беспокойтесь. Хотя, она у нас странная. Здесь всё с запахом и…или…вкусом Твири. Даже воздух, так что живём меньше, чем надо бы. Такая трава, которой Вы и надышались, но… Клин клином. Хотя, Твирь, или ещё какая степная трава, не отменяет факта, что Вы могли видеть, скажем, женщину.
Влад взял яблоко из миски, подвинув её ближе к гостье, откусил и задумчиво посмотрел в никуда.
- В Степи вообще много странного. И опасного. Другой вопрос, что опасность Черви тоже стороной обходят. Ну, Вы их видели. Белые головы, все замотаны. А тут их прям, словно, загипнотизировали. Да ещё и вели они себя странно. Кхм… Так вот. Есть у Одонхе…у Степняков! Поверье, о коем мне рассказал один старый Червь. Ещё давно. Скажем так, по их, Степняков, легендам, земля – это не просто грунт, который мы с вами видим. Это Великая Мать Бодхо, которая порождает всё живое. Есть обычные Дети Бодхо, есть, как говорят, непропеченные – например Черви, а есть и совсем нечто злое. Среди таких персонажей Шабнак-Адыр. Так же её называют Марой, Глиняной Людоедкой, и ещё по-всякому. Шабнак предстаёт обычно в виде человека, и мы ей доверяемся. Но если видеть, как Степняки, то её суть раскрывается. Тут уже, кто как говорит. Основная версия, что слеплена она из глины, костей умерших и крови, как правило, быков. А этого тут навалом. Целый район города тонет в грязи из-за… глины и крови быков. Но да! Шабнак - не просто хаотичное зло, а действует сродни чем-то карательному. Будто бы Мать Бодхо и отправляет её для периодических чисток среди своих особенно непослушных детей.
Влад взял бутылку настоя на кровавой, плеснул себе в кружку, и оставил на столе – на случай, если гостья соблазнится.
- Тут правда есть несостыковки, но ведь это, прежде всего, миф. А значит, неточностей будет целый воз. По сему, я решил перестраховаться. Да и выглядели вы плохо, в тот момент. Малость, безумно даже.
Влад сделал глоток, и задумался
«Хотел бы я видеть то, что видела она. Почему это всё проходит мимо меня? Сколько по степи не ползай, а любимым её Сыном просто так не станешь, ха-ха».

0

11

Содержимое стакана пахло не только твирью - еще гнилью, глиной, землей и грязью. Запах не был похож на воду из городского водопровода, он вызывал большие сомнения в принципиальной пригодности этой жидкости для приема внутрь. Юля повертела в руках стакан, подумала - и решительно отставила его в сторону. Это, с позволения сказать, амбре вызывало тошноту, а еще воспоминания, от которых тошнота только усиливалась.
- Образ костяной старухи, обитающей между миром живых и миром потустороннего, есть почти во всех родственным нам культурах, - фольклористику им, конечно, читали для галочки, но там и сложного ничего нет. - Триединый образ дарительницы, похитительницы и воительницы, стоящей между людьми и загадочным, опасным "там". Севернее отсюда вам бы сказали, что эта мифическая личность обитает в самых темных хвойных лесах, а живет - в доме, имеющем явные признаки связи с потусторонним миром. Это потому, что и леса и кладбища в той культуре стабильны и находятся на одном месте. Так как наши степняки изначально кочевой народ, они должны были представлять свою "испытательницу" также кочующей - а значит, являющейся к людям в угодное ей время для проведения инициации.
Юля пожимает плечами. Осматривается - пустого стакана нет, ну не хлестать же при почтенном горожанине твирин из горла. А запить надо: мысль о том, что встретилась с местной Бабой Ягой, да еще и чуть не попала к ней в "печь" на ужин отдает немалой ноткой безумия.
-  В рамках мифа эта женщина является героям, чтобы испытывать их. Иногда выступает как союзница, иногда - как противник и угроза жизни, но пройти это испытание всегда нужно герою, чтобы достичь своей цели. Вы чувствуете себя героически, Владислав? Я что-то не очень.
Груша выглядит весьма сочной - увы, только выглядит. В меру пресная, в меру твердая, совсем не воняет - жить можно. И хрумкает весьма позитивно.
- Предположу, с вашего разрешения, - прожевав, она снова нюхает стакан, вонь кажется уже значительно меньше, но пить не хочется. - Что я столкнулась с энтузиастами, пытавшимися с помощью воздействия запахами, музыкой и, возможно, подмешанным в напиток дурманом, воздействовать на мое сознание. Боюсь себе представить их цель, - она неуютно ежится и бросает на своего спасителя взгляд, полный искренней признательности.

0

12

Проследив взгляд гостьи вдоль бутылок и стаканов, Влад встал, вытащил чистую кружку и поставил на стол.
- На случай, если решитесь на, ха-ха, кровавые дары Степи.
«Ого, сколько она всего знает о мифах всех этих народностей. А ведь я там даже никогда не был и, Шабнак прокляни, никогда и не задумывался, что где-то ТАМ есть схожие города, но со своим колоритом, и вместо Степи… густые хвойные леса или, к примеру, океан. Ну а что ты, Харон, хотел? Сидишь здесь, иногда мотаешься в Столицу... всё реже... Что мешает-то? Отец? Может и правда Отец. Или дело тут в...  хм... А сколько всего можно было бы записать, задокументировать, пообщаться с какими-нибудь местными Гаруспиками, хах».
Конечно, во времена столичных обучений Влад мог изучать всё это, или даже поехать и столкнуться с неизведанным лично, но тогда были совсем другие мысли, другие идеи, да и управление заводами не казалось чем-то чуждым.
«Может, Отец был проще. Или просто Мать выступала эдаким регулятором. Как знать?».
Поборов мечты о побеге с первым же возможным поездом, Влад внимательно дослушал рассказ Юлии.
- Признаться, я тоже не имею ни малейшего предположения – зачем им всё это было нужно. Никогда не слышал, что бы Одонхе что-то делали с взрослыми людьми в каких-то ритуальных целях. Для этого у них… Быки. Быки для них – это вообще центр всей ритуально-обрядовой вселенной, да и сам мир – это один огромный бык, по их мнению. Разве что... Осмелюсь предположить, что что-то меняется в этом мире. Или и сами Черви были, как бы сказать, загипнотизированы.
«Околдованы?»
По возможности я завтра попробую это разузнать, но Вам бы я пока рекомендовал не гулять в Степях. Кто знает? Вдруг мифы ближе к реальности, чем мы часто думаем. Чувствую ли я себя героически в данной ситуации? Думаю, что верно будет сказать – нет. И, чем бы оно ни было, оно это чувствует. Ведь мне оно не показывалось. А вот Вам… Вам, Юлия, да. Либо, видя большую степень готовности, либо, как уже было сказано, цели были иные.
Влад задумался. Особого страха он не испытывал, но желания увидеть нечто из глины и костей мертвецов, он не испытывал. Испытывала ли его Юлия?
«Что тут ответить? Ведь у ЭТОГО множество ликов. Но мне не представился ни единый».

0

13

- Ужасно. И ужасно интересно.
Вот, с чистой кружкой - это совсем другое дело. Юля осторожно и стараясь не терять некоторого - оно иногда есть, если постараться! - изящества движений, наливает себе немного твирина. Травяная настойка, при всей своей крепости и явно степном происхождении, кажется привлекательнее воды. Запах у нее не гадкий, а наоборот - свежий, чистый, кружащий голову и успокаивающий душу. От него тянет под звездное небо, в поля, к истокам, к новым знаниям...
Ага. Не находилась еще, видимо. Знаний еще маловато на сегодня, да?
- Не может быть так, что эти степняки по какой-то причине были лишены доступа к быкам? Или сочли, что тех будет недостаточно? Может, расспросить девочку, которая меня к ним отвела? Ирша, она живет... - Юлия задумывется, осекается, хмурится. - Ох, кем вы меня сочете, пан Владислав! Я ведь даже не знаю, где она живет и кто ее родители. Встретились на улице, разговорились, так и пошло... А теперь пойди найди степную девочку лет тринадцати в этом большом, странном городе.
Твирин пьянит, кружит голову, от него тепло и спокойно, утром будет плохо, но утром будет плохо в любом случае, так что это не считается. Юля очень хочет выглядеть красавицей, но не получается, и хорошо, что здесь нет зеркала. Было бы очень грустно, наверное.
- Здраво и вежливо - не лезть, оставить степь степнякам и заниматься своими городскими делами, - она делает еще глоток твирина. Такие крепкие напитки надо пить залпом, большими глотками, чтобы горло обжигало, а дыхание перехватывало. - Но я не могу совладать с интересом. Столько лет в Столице, в рутине, в серой обыденности городской жизни, а здесь вокруг целый мир, новый, таинственный, живущий по своим законам, со своими легендами. Все то, о чем я только в книжках читала... Вы ведь понимаете меня, Влад? Это неправильно, но как же удержаться, как же сидеть дома и не обращать внимания на то, что настоящий миф живет прямо под окнами?

0


Вы здесь » Мор. Утопия » Письма из прошлого » Письмо №89. Степная Встреча