Мор. Утопия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мор. Утопия » Архив забытых тем » Травник


Травник

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

1. Имя и фамилия героя:
Хиннарэ Чешвел. Прозвища: со стороны городских сверстников - "зверёныш", "бледная немочь", со стороны степняков - "задохлик", " "Твириновая Невеста".

2. Возраст:
23 года
3. Пол:
мужской

4. Внешность:
Телосложение хрупкое, как говорится, "близко к теловычитанию". Рост ниже среднего. Кожа бледная, почти белая. Волосы светлые, обрезаны выше плеч, фактура - очень сухие, словно пережжённые перекисью водорода. На правый глаз падает длинная чёлка, которую он теребит, когда волнуется. Глаза - чуть раскосые, тёмно карие, что вызывает в сочетании с цветом волос и кожи ощущение какой-то неправильности. Лицо - треугольной формы, такая "кошачья мордочка". На щеках под глазами немного веснушек.
На открытых участках тела (лицо, кисти рук) кожа шелушится (вследствие аллергии на твирь при учёте того, что именно с твирью он обычно и имеет дело) и имеет болезненно-розовый оттенок. Периодически шелушащиеся участки расчёсываются до крови, и это не прибавляет ему привлекательности, определённо.
Одежда - максимально закрытая: кожаные штаны, кожаные же сапожки с красной шнуровкой, рубашка с длинными рукавами и высоким воротником, плотная куртка, толстый шарф красного цвета, которым при необходимости можно закрыть лицо или обернуть руки.
Хиннарэ - левша, и "рабочая рука" обычно обмотана бинтом, так, что открытыми остаются лишь пальцы.

5. Характер:
Не слишком располагающий. Поскольку общие физические данные не позволяют отстаивать своё мнение в драках, Хиннарэ рано научился срезать противника одной меткой фразой и, пока тот пребывает в растерянности, оказываться вне пределов его досягаемости. Сам по себе он неконфликтен, но стоит кому-нибудь сказать что-то не слишком приятное... а говорят часто, особенно ровесники из числа степняков, за спиной у взрослых прозвавших его "Твириновой Невестой".
При этом всём, Хиннарэ считает себя частью Уклада и искренне раздражается, услышав от городских что-нибудь об "этих полузверях". За семь лет бок о бок со степняками он пришёл к выводу, что жители города во многих вещах смыслят куда меньше.
К Хозяйкам относится с недоверием, но вместе с тем и с долей уважения, особенно к Катерине. Каиных считает слишком непонятными, Ольгимских - слишком зацикленными на материальных благах и власти.

6. Биография:
Перенесёмся мысленно на двадцать с лишним назад, в зимнюю ночь в Степи. Одновременно в разных местах города случаются два события: в квартале Дубильщиков и в юрте Червя молодые женщины рожают. Твириновая Невеста, которая даже не могла назвать имени своего воздыхателя (потому что не знала, как его зовут) умирает родами, а юная жена Ваграма Чешвела разрешилась от бремени мёртвым ребёнком.
Разумеется, при обоих этих событиях присутствовал добрый доктор Исидор Бурах - бабки-повитухи у городских жителей не в чести, а собиратель твири не желал, чтобы о позоре его дочери стало известно. Впоследствии доктор скажет, что действовал по наитию, не раздумывая, чтобы только вывести из болезненного ступора Лянку Чешвел, и не сомневался ни минуты, когда появился на пороге дома с тихо попискивающим свёртком.
Как бы то ни было, по соседству с Бурахами стал подрастать светловолосый мальчик. Злые языки поговаривали потом, что он чем-то похож на Ласку, дочку смотрителя кладбища, родившуюся много позже, но кому есть дело до сплетен?
С детства он проводил больше времени со ровесниками-степняками, чем с городскими мальчишками. Ни те, ни другие не слишком то были счастливы видеть в своей компании "бледного заморыша" (с одной стороны) и "полузверёныша" (с другой стороны), но со временем кое-что изменилось. В один прекрасный день, когда Хиннарэ было пятнадцать, он увидел собирателя твири за работой и тем же вечером притащил своим знакомым из Термитника несколько стеблей с вопросом - "А что это, собственно, такое?" Кроме того, собирать твирь ему понравилось. Кроме того, стебли оказались на удивление отборными.
С тех пор дома, в квартиле Дубильщиков, он практически не появлялся. И хотя степняки так и не приняли до конца непонятного мальчишку, прекрасно разбирающегося в сортах твири и приготовлении из неё составов (спасибо тому же доктору Бураху, который понятно отвечал на вопросы... тогда, когда его можно было поймать и спросить), среди мясников и одонгов он всегда чувствовал себя, как дома.
В день, когда Термитник был запечатан по приказу Ольгимских, Хиннарэ был в городе, у матери, Лянки Чешвел (Ваграм Чешвел умер во время Первой Вспышки). Вернувшись к Долгому Корпусу, он нашёл там ополченцев из числа городских, которые не стали разбираться, кто есть кто, и только знание всех закоулков и умение быстро бегать его и спасли.
Эспэ-Инун, Мать Червей, в тот день открыла свой подвал для беглых мясников. С ними же спрятался и Хиннарэ, не желая создавать матери сложности с патрульными и (возможно) Тяжёлым Владом.
Остальных обитателей Термитника, избежавших участи быть запертыми, Оспина увела в степь до рассвета. Вероятно, их место скоро займут другие, прячущиеся до поры в городе, и Хиннарэ-травнику недолго предстоит скучать в одиночестве.

7. Род деятельности героя:
До закрытия Термитника - собирал в Степи твирь и принимал участие в приготовлении настоев для самых различных целей.

8. Инвентарь:
Бутылка молока, вяленая рыбка, нож, моток бинтов.

9. Способ связи с вами:
Е-мэйл, ЛС
10. Пробное игровое сообщение:

+2

2

Пробный пост: закрытие Термитника. Побег степняков и так далее.

0

3

Город просыпается всегда медленно, словно нехотя. Сначала оживают кварталы, ближайшие к Бойням и Долгому корпусу, потом - те, что ближе к реке. И до десяти часов город ворочается, как сонный бык, пока не проснётся окончательно.
Сейчас, в шесть утра, на улицах квартала Кожевенный было тихо и пустынно. Окна домов не светились, двери не хлопали, громкоголосые соседки не делились последними новостями, перекрикиваясь с противоположных сторон улицы.
Тишь да гладь, в общем.
Хиннарэ перекинул сумку с одного плеча на другое и зашагал быстрее: вот-вот начнётся рабочий день в Бойнях, и нужно успеть, пока одонги не разбрелись кто куда.
"Лови их потом по всем коридорам за-ради двух стебельков..."
Но кое-какое обстоятельство заставило, напротив, сбавить шаг, а потом и вовсе остановиться под прикрытием стены одного из домов. У Долгого Корпуса было слишком уж шумно для столь раннего часа, и шум этот был слишком уж неприятного свойства.
- Заходи, заходи, не задерживайся! Всех ваших велено сюда загнать, заходи, кому сказал!
В ответ раздалось утробное ворчание кого-то из мясников, заходить, по-видимому, не желавшего. Переместившись ближе к повороту во внутренний двор Термитника и всё ещё избегая выдавать своё присутствие, Хиннарэ краем глаза увидел: несколько крепких горожан сгоняют - другого слова не подобрать - одонгов к дверям Долгого. Настойчиво так сгоняют.
"Похоже, я пропустил что-то интересно. Что тут у них творится?"
Внезапно один из Детей Бодхо треснул ближайшего городского по затылку кулаком (тот упал и больше не поднялся) и, рванувшись наперерез остальным, бросился к выходу. За ним последовали ещё двое или трое.
- Ничего, далеко не ускачут, боос Влад велел патрули разослать по всем кварталам. - Товарищ раненого (убитого?) сплюнул под ноги и заорал, повернувшись к оставшимся степнякам, среди которых было немало женщин:
- Шевелитесь! До вечера вас туда запихивать, что ли?!
Повинуясь приказному тону и тычкам рогатин (почему-то люди Ольгимского - судя по всему, это были именно они - не подходили близко), те по одному скрылись за воротами корпуса.
- Эй-эй, ты знаешь, что случилось? - Голос показался знакомым и, обернувшись, Хиннарэ действительно узнал молодого степняка, из числа "ещё нормальных" - по его собственной классификации, конечно.
- Не-а. Только что пришёл. А ты знаешь?
- Термитник закрывают. Мне мать сказала, они с тёткой пошли с остальными, а мне наказали сидеть и не высовываться. Ну, а мне интересно стало...
- А с чего закрывать-то? Вчера ведь всё спокойно было.
Юный одонг присвистнул:
- Это ты вчера рано ушёл! Тут такая свара была, Настоятеля убили, а потом пришёл Бурах, и сказал...
Что сказал доктор Бурах, осталось неизвестным, потому что с противоположной стороны улицы появился один из только что сбежавших мясников. Непонятно, какие цели он преследовал, держась середины тротуара, только на троих "охранников" Термитника это подействовало...
"Ну да, вот так и действует красная тряпка на быка."
Стоило раскочегарившимся подручным Тяжёлого Влада вывернуть за угол, как мясник задал стрекача. А всем известно, что бегает степной народ... скажем, немного быстрее, чем городские. Разочарованные молодцы дружно выругались и хотели было вернуться на свой пост, как один внезапно указал:
- Смотрите - ещё двое! А ну...
Оценив расстановку сил, Хиннарэ без лишних слов направился быстрым шагом в сторону Круга Суок.
"Пусть себе ловят кого хотят, а я уж лучше домой пойду."
Топот позади и крик "Стой, паршивец!" показали, что мысль была, прямо сказать, опрометчивой.

Последующие несколько десятков минут слились в одно хаотичное петляние по улицам сначала Кожевенного, потом Дубильщиков и Жильников. Правда, несколько раз Хиннарэ собирался было остановиться и попробовать объяснить преследователям (которые были рады размяться, похоже), что он-то - вообще не при чём, и в Термитник шёл исключительно по делам, не верьте - спросите у кого угодно, и так далее.
Но первое, что удерживало его от подобного поступка - это бодрое топанье трёх пар ног за спиной. Они не отставали. И через забор они тоже могли перепрыгнуть, как выяснилось. Разговаривать им вряд ли будет интересно.
А второе - простая и логичная мысль.
"Что же они подумают, когда кто-то, выглядящий, как степняк, вдруг повернётся и скажет им, что ошиблись вы, милые ребята, я тут просто так проходил? Мало, что сумка твирью пропахла, так ещё и одежда мало похожа на городскую. Врёшь, скажут милые ребята, и... ну, тут два варианта. Либо в Долгий потащат, а уж оттуда я точно не выберусь, либо на месте по стенке размажут, чтобы другим неповадно было."
Да и мать расстраивать не слишком-то хотелось. Пусть и не родная, но... всё равно жаль. Она ж не виновата, что единственное чадо оказалось в плохое время в плохом месте.
...Наконец, впереди замаячил выход в степь. Оттуда можно к речке, вплавь - до юрты Червя, и затаиться там.
- Тшшш! Иди сюда!
Какая-то (очень даже знакомая, но разве можно разглядать черты, когда в глазах всё и так плывёт от быстрой пробежки?) женщина в тёмном платье распахнула дверь дома, втащила Хиннарэ внутрь и заложила щеколду прямо под носом у преследователей.
- Пусть постучат. - Усмехнулась она, когда по доскам забарабанили кулаки. - Уйдут ни с чем, как и другие. Эспэ-Инун своих не выдаёт.

+1

4

Приняты, травник. Приятной игры.

0


Вы здесь » Мор. Утопия » Архив забытых тем » Травник